Через несколько минут стандартных процедур Бестужев отпускает Раду, высушив ее полотенцем, и, скинув боксеры, переводит на меня взгляд. Мол пошли со мной. Сказала на свою голову, что хочу как в кино сделать это в душе. Да вот фишка в том, что даже если бы мне реально приперло сейчас заняться сексом, на душевую меня пока не хватит. Не хватает еще, чтобы Глеб меня уронил.
- Я не потная. Накрашенная и вообще при параде, если ты не заметил. Давай быстрее, Глеб. Что бы ты не делал, мы все равно пойдем к Варе. Если надо, я тебя привяжу к себе.
- А ты знаешь, что младенцев нельзя видеть первое время, это плохая примета, - совершенно серьезно произносит Бестужев, подходя ко мне ближе.
- После сорока дней можно, - поднимаю на него взгляд. - А прошло даже больше. Попытка не прокатила.
- Мне кажется, у нас проблема.
- Какая? - садится на корточки и подносит пальцы к моему носу.
- Я только что заметил. Черт, он после падения стал кривым. Точно, влево косит. Нам надо к врачу, срочно, - приподнимается с корточек.
- Ты прав.
- Тихо-тихо, нежнее.
- Если не поедешь туда, куда мы договаривались, я тебе его перекручу не только влево, но и вправо, так, что в итоге откручу и придется точно поехать к врачу, - зло проговариваю я и отпускаю ладонь.
- Не ожидал от тебя такого кощунства. Вот тебе и милая, нежная девочка Соня, - наигранно обиженным голосом произносит Глеб.
- А знаешь, мы похожи, - неожиданно для самой себя произношу я.
- Нет, София Викторовна, мне не страшно. Просто не хочется терять время на то, что мне не доставит никакого удовольствия и не принесет никакой пользы. А поход к врачу – это все же вынужденная мера, которая принесла не одну пользу. Но раз у тебя шило в заднице, то так уж и быть – я поеду, - совершенно серьезно произносит Бестужев, разворачиваясь ко мне задницей.
- Ну вот и замечательно, - удовлетворенно произношу я, вставая со стула. - Я пока почешу Раду, а ты, будь так добр, мойся в темпе вальса. Мы и так опаздываем.
Глава 54
- Ты почему с пустыми руками? Я же просила взять голубую корзину.
- Хватит твоего торта, не хочу возвращаться, примета плохая, - вполне серьезно произносит Бестужев, застегивая ремень безопасности.
- Ладно, ты прав.