Парадокс, но за два дня я о нем ни разу не вспомнила. Человека, которого я всегда видела в качестве своего мужа и любила с детства, я ни разу не вспомнила. Ни в ЗАГСе, ни на кухне, ни тогда, когда лежала полуголой с Бестужевым на кровати. Как-то становится не по себе от таких быстрых перемен. Я всю свою сознательную жизнь жила только им. А что теперь? Разве можно так быстро разлюбить того, кем грезила столько лет? Бред какой-то получается.
- Не волнуйся, если захочешь в туалет, можно…
- Незаметно испражниться в озеро, - прерываю его я.
- Надо же, хоть в чем-то можно похвалить твоего брата, - с ехидством в голосе ответил Бестужев. - Дельный совет. Еще бы он поднял тебя на ноги за два-то года и цены бы ему не было.
- Не продолжай.
- И не думал. Да, я совсем забыл, перекуси пока.
"Почему-то я сразу подумала о том, что там профитроли. Но нет, стоило только приоткрыть крышку, как в нос ударил запах жареной выпечки. Нет, ну всякое можно было ожидать, но то, что в коробке сложены штук десять чебуреков в форме лепестков розы – это как-то за гранью. Сейчас я в полной мере почувствовала себя каким-то неблагодарным дерьмом.
- Посередине с сыром и ветчиной, по бокам с мясом.
- Спасибо, - тихо произнесла я, схватив чебурек. - Очень вкусно и вредно. Я их ела разве что только в детстве.
- Домашние вкуснее.
- Эти тоже вкусные. Прям очень.
- А глаза у тебя на мокром месте от того, что ты набираешь лишние калории? - с усмешкой интересуется Бестужев.
- Нет. Не делай так больше.
- Как?
- Вот так, - указываю глазами на коробку. - Давай будем объективными, я не заслуживаю этого и… в общем, не надо.
- Ой, Соня, сколько же барахла в твоей голове.
- Ну раз знаешь, что много, так и не связывайся.
- Так уже связался.
- Тогда не жалуйся.
- И не думаю. Салфетки в бардачке.