Ей было видно, как слабый прямоугольник освещенного окна отражался на поверхности бассейна, но ни окно, ни Клима ей видно не было. Как и сам Клим не мог видеть сидящую на подоконнике Катю.
Она просидела там, пока не погас желтый прямоугольник и не стукнула створка на верхнем уровне. И только тогда сама сползла с подоконника и закрыла окно. Уже лежа в кровати вдруг отчетливо поняла, что Клим больше не придет к ней и по-настоящему пожалела, что оба приходящие тогда Клима не были снами.
* * *Катя проснулась совсем рано, когда только рассвело, спать больше не хотелось.
Покружив по комнате, вспомнила о документах и полезла в сейф — лучше поздно, чем никогда. На папке с документами лежала высохшая роза, даже сейчас Катя помнила, какого она была цвета.
Закатывающий глаза Костя был чрезвычайно сдержан в выражениях. Утешало одно, узнай она все раньше или узнала она сейчас, большой разницы уже не было. Покрутила в руках файл с брачным контрактом и сунула обратно в сейф.
"Они столкнулись с Климом в кухне, Катя варила кашу, а Матвейчик катал Ваню на стульчике для кормления. Клим вошел с террасы мокрый, явно только из бассейна, и удивленно остановился, обнаружив все свое семейство проснувшимся.
— Доброе утро. А где Диего? — спросил он Катю и сморщил лоб, потому что старший сын решил протаранить отца младшим братом. Клим поймал мальчика и поднял его на руки. — Доброе утро, сынок. Не надо меня давить.
— Я сама готовлю детям завтрак, а Диего кормит персонал, — объяснила Катя, — мы так договорились.
Клим кивнул и, перебросив Матвея через плечо, подошел к холодильнику, а она огромным усилием воли заставляла себя не смотреть на его упругие рельефные мышцы, расчерчивающие тело как на иллюстрации к анатомическому справочнику. А особенно на две косые, спускающиеся к резинке мокрых плавательных шорт, которые облипали тело, совсем не оставляя места для фантазии.