— Что ты впервые в «Саламандре» и что я ошибся, приняв тебя за одну из приходящих в клуб исключительно ради таких вот близких знакомств, — пояснил Клим и, поймав ее недоумевающий взгляд, улыбнулся: — Туфли, Катя! Девушки, о которых я говорю, никогда не наденут к платью от Элизабетты Франки туфли за пятьдесят долларов.
— Откуда ты знаешь, сколько они стоят? — спросила Катя, почуствовав, как кровь приливает к щекам.
— Я их нашел. В гараже. Ты ценник с подошвы не отклеила, — Клим улыбался, и ей вдруг стало ужасно обидно.
Катя порадовалась, что сидит, потому что у нее не то, что ноги, все тело стало ватным от того жгучего взгляда, которым Клим сопровождал свое предложение. Она собралась с силами и качнула головой.
— Нет, Клим, никуда я с тобой не поеду. Мы живем в разных измерениях, да что там, в разных вселенных, и никаким боком вообще не соприкасаемся.
— И что со мной не так? — взгляд напротив снова потяжелел.
— Все так, — поспешила успокоить, — но не для меня. Вот только скажи, если не затруднит, зачем ты пришел в наш отдел? Тебе этой зарплаты на семь пар носков максимум, — подумав и посчитав в уме, поправилась, — на шесть с половиной.
— А, ты об этом! — Аверин облегченно выдохнул и снова сгреб ее руку.
Катя оторопело пялилась на Аверина, чувствуя теперь, как медленно вращаются шестеренки в ее собственной голове. Это правда? Он не врет? Он не мажор? И не смея выпустить наружу буйную радость, спросила:
— Это его клуб? Это он тебя просил о наркотиках узнать?
— Нет, то другой приятель, я тебя с ним тоже познакомлю, если хочешь, — и наклонился, испепеляя и глазами, и дыханием, — так что, едем ко мне за туфлями?
— А как ты к нам попал? — не сдавалась Катя, отодвинувшись как можно дальше и практически став со стеной одним целым.
"— Я искал работу, разослал резюме, мне позвонили из отдела кадров. Потом я прошел собеседование у...