Расставание было болезненным, но останься она с ним, все было бы хуже: ночь за ночью ничего, кроме ожидания звонка, сообщающего о его смерти. Или еще ужасней — о его превращении во что-то злое.
К тому же, чем больше она об этом думала, тем меньше верила, что он будет вести себя осторожно. Не после попытки суицида в клинике. Сейчас еще и сражения… пожирание лессеров. Пока результаты были неплохими, но направление уже оставляло желать лучшего: она могла думать лишь о последующей цепочке рискованных действий, которая, в этом она не сомневалась, приведет к серьезному ущербу.
Она слишком сильно любила его, чтобы смотреть, как он убивает себя.
Когда на глаза набежали слезы, она стерла их, уставившись перед собой. Некоторое время спустя какая-то мысль мелькнула в ее голове, словно эхо. Но что бы это ни было, оно быстро исчезло.
С трудом вставая, она почувствовала себя потерянной. Она буквально не могла вспомнить, что делала или как оказалась в коридоре. В итоге она направилась в свой кабинет, потому что там всегда были неотложные дела.
Будучи бывшим копом, он не потерял свой радар, находящий идиотов.
Бутч остановился в переулке рядом с ЗироСам. Внизу, околачиваясь около пожарного выхода из клуба, стоял мелкий, приодетый по последней моде блондинчик-неудачник, наехавший на официантку на прошлой неделе. Рядом с ним был один из его прилипал, парочка курила.
Хотя, было абсолютно непонятно, почему они курили снаружи, на холоде.
Бутч помедлил и стал наблюдать. Что дало ему время подумать.
Выругавшись, Бутч потер центр груди, чертовски надеясь, что обнаружил лессера. Он нуждался в бое, чтобы смягчить эту не проходящую… боль. Прямо сейчас.
С Коммерс Стрит в переулок свернула машина, приближаясь на максимальной скорости. Промчавшись, тачка резко затормозила у боковой двери клуба; на черной Инфинити было столько хрома, что его можно было принять за гребаный дискобол.
Парень и водитель поздоровались. Бутч точно не знал, что происходит, но был чертовски уверен: парни не рецептами печенья обмениваются.
Когда Инфинити отъехала назад, Бутч вышел из тени, решив, что только так можно подтвердить догадку: выдать версию и посмотреть, как те отреагируют.