Более серьезная. И Фима не хотела злить отца своим опозданием.
* * *– Она счастлива с Тимуром, – тихонько проговорила Тоня, устраиваясь на диване рядом со мной.
Я бездумно смотрел на языки пламени в камине. Тревожные мысли предпочитал гнать из головы. Но они все равно, точно шакалы, возвращались и грызли меня изнутри.
Фуллер – совсем не тот человек, которого я хотел бы видеть рядом с дочкой.
Нет, не поспоришь с тем, что Тимур – достойный человек, сильный духом, да и с виду не слабак. Удар у него крепкий, хватка – деловая, бульдожья.
Но, млять, это же сын Фуллера! Именно ему Мэт перекинет все дела. Да друг уже, можно сказать, почти все передал сыновьям. И если мой крестник Ромка тот еще мозгокрут и оболтус, то Тимур – серьезный делец."
"Не удивлюсь, если на его кровавом счету пара-тройка трупов. А я не для того рвал жилы и разрегбал дела Сивого, чтобы после стольких лет дочь оказалась в том болоте, от которого я оберегал всю семью и свою Тоню. Я хотел для детей и для Тони безопасной жизни. Чтобы ни одна падла не влезала.
А здесь – Фуллер! Писец просто!
– Он любит ее. Видно ведь с первого взгляда, – не унималась жена.
А я шумно выдохнул.
– Тонь, да я все понимаю! – пробормотал я.
– Она не даст себя в обиду. Дарина ведь как-то справилась с образом жизни Фуллеров. Чем наша дочь хуже? – жена крыла все мои карты своими «козырями».
– Они все уже решили? – спросил я.
– Да, Фима собирает вещи. Тимур приедет завтра, – кивнула Тоня.
– Завтра? А раньше мне рассказать нельзя было?! – вспылил я.
– Зачем? Чтобы ты психовал? А еще лучше – чтобы вы поругались накануне ее переезда? – в тон мне ответила жена. – Денис, наша дочь уезжает не на другую планету! Не в космос, где нет связи! И даже не на другой континент! Здесь на машине ехать несколько часов. А лететь всего час!
– Пффф! – выдохнул я, понимая, что жена права. Но как же трудно отпустить мою малышку от себя!
– Так, Шторм! Вспомни, как ты забрал меня! Ты просто решил, что мы вместе! И слово отца не имело значения! – напомнила Тоня.
– Сравнила! – возразил я. – Да он в соседней квартире жил. Через стенку!
– Это не важно! Думаешь, ему было легко? Думаешь, он не переживал? Вот позвони и спроси! Пусть он тебе расскажет, как нервничал, представляя тебя радом со мной! Но мы все это пережили! И ты переживешь! Наша дочь гораздо сильнее, чем я была. И Тимур ее любит! А ради любви можно пойти на многое! И ты это знаешь!
– Грозная какая, – проворчал я.
Гнев жены меня взбодрил.