Мы общались… Черт, я ощущал себя ее парнем на все сто процентов, когда строчил стихи по памяти. А уж ответы заставляли улыбаться. Я даже съел ужасное меню, которое нам притащили на следующий день, на завтрак. Хотя это был отврат. Они там готовить не умеют или специально дают нам дрянь, чтобы поскорей выписались. Дед думает, столовка при больничке жаждет нашего отбытия на тот свет. В какой-то степени я с ним солидарен.
В обед ко мне заскочил Илья. Не один! Со своей Дашкой. Она сокрушалась, какие мы дурачки и качала головой.
- Все это ерунда! Вот та, которая хотела тебя убить! Вот это реально мощь! – выдал он. Я честно даже не знал посмеяться, разозлиться или же промолчать. Однако на телефон продолжал поглядывать. Время тикало, Маши не было. Где ее черти носят. Обещала явиться, я здесь превратился в Хатико, понимаешь ли, а этой ненормальной нет.
В два думал набрать Уварову, но медсестре приспичило взять у меня анализы.
Плюхнулся на кровать, накрылся одеялом с головой. Думал, отпустит, в итоге отрубился. Проснулся уже часов в семь.
Конечно, я взбесился. Обещала же. Что за дела! Собрался уже звонить с претензиями и скандалом, как дед мне всучил пакет.
- Что это? – не понял, разглядывая содержимое.
- Медсестра передала. Мы так поняли тебе. Мне жена приносила еще днем, а этим двоим передачки давать некому.
Я почесал затылок, однако любопытство взяло вверх: заглянул внутрь. Там оказался контейнер с пастой по-азиатски. Открыл и аж захлебнулся от приятного запаха. Сразу схватил вилку, у меня здесь припасена была в ящике, и давай пробовать. Пока ел, а вкуснотень такая, жизнь отдать можно, раздобрился. Настроение поднялось, раздражение сошло немного. Правда, когда еда закончилась, я озадачился: почему она не зашла ко мне.