Странник. Книга третья.

– Жаль, конечно, что так произошло, но Аттила сам напросился в покойники, – попытался успокоить меня Субудай. – Это не первый случай, когда он вел себя подобным образом. Ему не давала покоя слава прапрадеда, в честь которого он получил свое имя. Мальчишке было всего двадцать шесть лет, а он уже поучаствовал во всех поединках и заварухах, случившихся на Таноле за последние семь лет. По большому счету он всех достал своей драчливостью, даже членов собственного клана. После смерти Аттилы главой клана должен стать его двоюродный брат Улухай 'рыжий' он на пять лет старше покойного и не страдает мальчишескими комплексами.

Я попытаюсь его предостеречь от опрометчивых поступков, но законы чести требуют мести или на крайний случай огромного выкупа. Кровная месть на Таноле вещь обычная, а вот про выкуп за смерть князя я ни разу не слышал.

– Клан у Аттилы большой?

– До вторжения имперцев был четвертым по численности, сейчас об этом мне ничего неизвестно. До войны клану Аттилы принадлежал Лизар и его окрестности, поэтому он так и взбеленился когда узнал, что драконы сожгли город.

– Сделанного не вернешь, – ответил я Субудаю. – В Лизаре собрались все корабли сил вторжения с запасами оружия и продовольствия. Приходится жертвовать малым, чтобы не потерять все. Мне пора улетать домой и готовиться к новым боям. Когда из похода на Лизар вернется Дорин, постарайтесь выяснить у пленных причину вторжения имперцев, по-моему, здесь кроется решение наших проблем.

Закончив переговоры, я встал из-за стола и, распрощавшись с Лотраком и Субудаем, покинул замок в сопровождении Колина.

Если в день прилета нас по дороге сопровождала толпа любопытных, то на этот раз люди шарахались от меня как от зачумленного. Охрана Лотрака держалась на почтительном расстоянии, а окровавленный сверток с головой Аттилы вообще вызывал у воинов ужас. Один из магов, присутствовавших на совете, молча передал нам клетку с несколькими почтовыми птицами и поспешно убрался за спины охранников. Бегло осмотрев дельтаплан, я сел в кресло пилота и запустил мотор. Колин, пристегнувшись на пассажирском сидении, держал на коленях мой чудовищный трофей и клетку с птицами. Стоило нам отчалить от мостика, как охрана дельтаплана поспешно ретировалась в замок и площадь перед замком словно вымерла. Короткий разбег и мы снова в воздухе, под крылом проносятся пустынные улицы Танориса, а над горизонтом поднимается огромное кровавое солнце.