Странник. Книга третья.

Организм без моей помощи перекрыл поврежденные сосуды и остановил кровотечение, но боль оставалась ужасной, и я едва мог вздохнуть."

"Невероятным усилием мне удалось задавить источник боли в животе с помощью только одной силы воли, и вся левая сторона живота задеревенела. Теперь я мог соображать, и принимать решение, что делать дальше. Все прежние планы полетели к чертовой матери, и приходилось хоть как-то цепляться за жизнь. Оставаться на дороге нельзя, необходимо двигаться к дельтаплану, только тогда появляется призрачная надежда выжить.

Вынув кинжал, я обрезал наконечник стрелы, торчащий из живота, затем попробовал взять Викану на руки и подняться с земли. Как не странно, но мне это удалось.

Я шел как зомби, кусая губы и приволакивая левую одеревеневшую ногу по направлению к стоянке дельтаплана. Мыслей в голове не было, была только одна цель, дойти. Когда я добрался до русла ручья, меня уже болтало как алкаша после третьей бутылки. Три шага вперед, два назад, но мое тело упорно шло к своей цели на одном только инстинкте.

Свет в глазах погас, когда я увидел спасительный затон, но сил бороться за жизнь уже не было, ноги подогнулись и я упал в воду прямо с Виканой на руках.

* * *

Бум, бум, бум, стучат в ушах удары сердца, с трудом проталкивающего по сосудам ставшую такою тягучей кровь. Перед внутренним взглядом возникла картина, ставшая уже дежавю. Я снова тону погружаясь в черную глубину под ногами. Над головой тает синий осколок неба, отражающийся в воде.

Грудь разрывается от недостатка воздуха и все мое существо буквально вопит:

– Жить, жить, жить!

Я из последних сил гребу наверх к такому далекому кусочку неба и мне, наконец, удается перебороть силу, тянущую на дно и устремиться вверх. В легкие врывается поток воздуха, и удары сердца в ушах затихают и из них как будто вытаскивают пробки. Рядом со мною плачет какая-то женщина и причитает, давясь слезами:

– Миленький не умирай, я прошу тебя, не умирай!

Причитания переходят в похожие на скулеж звуки и снова как заведенная женщина повторяет:

– Миленький не умирай, я прошу тебя, не умирай!

На мое лицо падают капли соленых слез, которые немного щиплют ранки на покусанных губах.

Я открываю глаза и вижу над собой такое родное лицо Виканы, правда ее красоту немного портят покрасневшие заплаканные глаза и большой синяк на лбу, но это такие мелочи после стольких дней ожидания нашей встречи.