У семи нянек, как всегда, дитя без глазу! Шубин злобно ругался, тряс кулаком, грозился всех привлечь по закону военного времени.
За спиной у него хлопали выстрелы. Полицейские все же рискнули продолжить преследование. Позиция в этом разреженном лесу была невыгодная.
«Надо отступить, заманить полицаев в засаду, всех перебить, а потом искать беглеца. Вряд ли он уйдет далеко, следы все равно останутся», – подумал лейтенант.
Они опять пинками гнали фигурантов по буеракам, через гущи валежника, заснеженную поляну пересекали бегом.
– А ну, стоять, соколики! – гаркнул кто-то, и за спиной у Шубина загремели выстрелы.
Он резко повернулся, вскинул автомат. Пули пропороли землю под его ногами. Глеб попятился, споткнулся, уронил оружие, нагнулся, чтобы подобрать. Но пули взвихрили снег под рукой, и он опять отшатнулся.
Косаренко тоже не успел открыть огонь.
Поймали их эти черти и для разнообразия решили взять живыми. Все бойцы в это мгновение оказались обезоружены. Ситуация такая, что глупее не придумаешь. Фигуранты барахтались в снегу.
Полицаев было четверо. Они подходили, плотоядно скалясь, целились из автоматов. На вид обычные мужики в утепленных войлочных куртках. На одном франтоватый бушлат из замши с блестящими пуговицами, рожа бородатая, глаза пытливые, хищные.
Полицаи не стреляли. Куда спешить, если все под контролем?
– Спокойствие, соколики, отбегались! – провозгласил бородатый полицай. – Вот же суки, шестерых наших ухайдокали. Ну да ничего, разговор у нас будет долгий и продуктивный. Эй, не шевелиться! – прикрикнул он. – Семен, Данила, заберите у них оружие! Будут дергаться, разрешаю пристрелить парочку!
Полковник Амосов не успел заявить о себе.
На дальней опушке застрочил автомат. Кто-то стрелял полицаям в спины! Такого исхода они не ожидали. Трое мигом повалились замертво. Бородатый гад успел отпрыгнуть, вскинул автомат. Страх метался в его глазах. Пули раскромсали франтоватый бушлат на груди, швырнули полицая затылком в снег.
– Ничего себе, вот так повороты! – заявил Краев.
Момент был интересный. Шубин рухнул на колени, схватил свой автомат, зарывшийся в снег. Остальные тоже не дремали.