– Чего мы стоим с кислой рожицей и клиентов распугиваем, а?
Алех подошел на костылях, внимательно посмотрел на меня, кликнул извозчика, и сухо сказал Мелоуину:
– Найри едет домой.
А едва мастер-кондитер попытался возразить, тихо повторил:
– Домой. Не обсуждается.
Отрицательно покачав головой, я повернулась, и, стараясь все так же радушно улыбаться, прошлась по залу. Что ж, открытие чайной можно было считать более чем успешным – зал был забит до отказа, подавальщики сбивались с ног, разнося чай и сладости, за каждым из столиков велись беседы, а со стороны кухни управляющий господин Данес делал мне отчаянные знаки.
Подошел Сэм, как и я, оглядел пустые подносы из-под пирожных и печений, мы переглянулись.
– Собственно я к чаю люблю бутерброд, и чтоб с ветчиной, – заметил он.
– Предпочитаю сыры, – почему-то шепотом ответила я.
– Ну так и чего встали? – раздался за нашими спинами уже поднадоевший басовитый голос. – Шустро-шустро давайте, Германа, стало быть, к госпоже Шилли за хлебцом свежим, а вы по лавкам прокатайтеся, и чтобы сыр самый лучший, а ветчину по ароматнее!
Мы покинули чайную через черный вход, следом за нами выбежал Герман, двуколку он уступил нам, она быстрее, сам на телегу и погнал по ночной столице. Мы же заторопились в самую дорогую сыродельню Сарды, избрав ее не столько за качество, сколько за расположение к мясницкой лавке господина Броу, давнего друга семейства Шилли.
Обернулись быстро, но все же Герман нас опередил, и теперь в чайной царил не только аромат чая, но запах свежей сдобы и горячей выпечки.
– Завтра в Сарде не досчитаются хлеба, – заметил Алех, единственный кто не участвовал в бедламе на кухне.
Нам же было не до разговоров – я резала сыры специальным ножом, который мастер Голбри подарил, вникнув в наши трудности, Герман и Сэм таскали ящики с хлебом и выпечкой, кухарки нарезали ветчину, а мастер-кондитер Меллоуин добавлял пункты в меню «Мясное ассорти», «Сырное ассорти», «Бутерброды «Настоящий мужик».
– Грубовато, не находите? – заметила я, проходя мимо и увидев последний пункт.
– Зато сразу ясно, что к чему. Для сего блюда ломти надобно толстые, что мяса, что хлеба.