Как же быть?
Просидев в оцепенении около часа, она вдруг встрепенулась и лицо ее просияло. Посчитала, сколько дней прошло с тех пор, как они поспешно покинули долину Людей Льда.
Дорога домой не заняла много времени.
Получится! Должно получиться! Женщины во все века рожали преждевременно…
Ингрид решительно встала и спустилась к отцу.
— Я передумала, — сказала она. — Готовьте мне подвенечное платье, я согласна поехать в Кристианию и обвенчаться там с Туром Эгилем Фредериком Севедом Франке.
Альв грустно улыбнулся.
— Тебе непременно нужно повторять все его имена? — спросил он. — Но, конечно, я рад и благодарен тебе. Он хороший человек и сумеет позаботиться о Гростенсхольме.
— Вопрос в том, сможет ли он также хорошо позаботиться и обо мне?
— Ты права. Но с годами твой характер смягчается.
«Неужели?» — подумала Ингрид. Дома она, конечно, держала себя в руках, потому что нежно любила родителей.
Жениху был послан ответ, быстро собрали приданое, чтобы невеста в столице не ударила в грязь лицом.
Что касается угрызений совести, они нисколько не мучили Ингрид! Ведь она подарит Туру Эгилю Фредерику Севеду Франке замечательного ребенка, зачатого двумя гениями.
«Все-таки я очень красива, — говорила себе фрекен Эфросиния Адельблом, без малейшего намека на иронию, которая всегда отличала Ингрид. — Божественно прекрасна!» Она в сотый раз подошла к зеркалу, чтобы насладиться своим отражением. Как жаль, что ее не видит весь мир! Все мужчины бросились бы тогда к ее ногам.
"Фрекен Эфросиния разработала собственную тактику, с помощью которой доводила мужчин почти до безумия, а потом с кокетливым смехом покидала их — ведь она еще и целомудренная девица! Для таких женщин в народе имелось меткое слово, которое точно определяло их суть.