– Вы безусловно оплатите покупку новых вещей и артефактов взамен утраченных, но есть куда более важный пункт договора.
– Местоположение, – утвердительно произнёс герцог.
А он изучил договор и запомнил его условия, хотя мог поручить это секретарю. Основательный мужчина. Привык всё делать качественно. Уважаю.
– Именно.
В дверь снова постучали, она негромко скрипнула, в проёме появилась Дебора.
Я едва не рассмеялась. Слуги ловко обошли приказ герцога не мешать. В прошлый раз было адресное обращение, но теперь мы видим совсем другого человека!
Ну, прохиндеи! А я ещё удивлялась, откуда у Роксаны столько криминальных талантов.
– Ваша светлость, позволите один вопросик? – проворковала Дебора с нежной материнской улыбкой. Я не знала больше никого, кто может столь обезоружить одним движением губ.
– Нет, – устоял герцог, но видно было, что немного смягчился. Разгладились хмурые морщинки на лбу.
– Прошу извинить, – также мягко произнесла Дебби и тихонько удалилась, подмигнув мне напоследок.
Герцог поменялся в лице, даже головой покачал, мол, что вообще происходит в доме, не могу в это поверить, но злиться или ругаться не стал, вымещать на слугах или мне злость – тем более. Казалось, он с трудом сдерживает смех, даже пытается его заместить показной строгостью, но я не была уверена до конца. Однако разговор мужчина продолжил так уверенно и ловко, будто не было этого маленького перерыва.
– Готов обсудить ваши требования и учесть их в новом договоре, а также, если настаиваете, мы можем сходить в кадровую службу и подписать дополнительное соглашение, в котором пропишем новый адрес и повышение вашего жалования, скажем, в пять раз?
У меня глаза на лоб полезли.
– Звучит заманчиво, но…
– Но? – Нортон Ллойд нарочито недовольно округлил глаза.
Неужели думает, что на меня это действует? Я вас умоляю! Общение с актрисой от бога Роксаной меня здорово закалило.
– Нецелесообразно платить за ту же работу в пять раз больше. Чувствую подвох. И хочу сразу озвучить свою позицию: я искренне верю, что не всё в этом мире продаётся и покупается.
– Не всё, здесь мы с вами солидарны, – не стал спорить герцог.