— Привет, — улыбнулась Таня, — как контрольная? Что-то в этот раз Денисыч совсем уж странные вопросы внес, да? Я на тринадцатый даже ответить не смогла.
— Ага, — кивнула я безразлично. — Слушай, Тань, это странный вопрос, но… известно ли тебе как старосте группы, есть ли у нас… бедные студенты?
— Бедные? — удивленно поглядела на меня девушка. — У нас все нормальные. А зачем тебе?
Наверное, от Нинки я заразилась вирусом вранья, поэтому легко солгала:
— Да я теперь журналист как бы… в студенческой газете, а Сеточкину, ну, главному редактору, дали задание из ректората — написать про не слишком обеспеченных студентов.
— Да? — загорелись глаза у Тани. — Здорово! Слушай, а как ты попала в газету? Сможешь меня взять?
— Я попробую, — осторожно пообещала я, — так что у нас со студентами? Есть ли кто из неблагополучных семей? Или с тяжелым материальным положением?
— Попробуй, Катюша, я очень хочу в газету! А, ты знаешь, у нас все примерно одинаково обеспечены.
"— А этот… Антон Тропинин — он не?.. — перебила я старосту, с некоторым трудом вспомнив фамилию чуда-юда.
— Тропинин? Нет, нормальный, — пожала плечами староста, — учится, как ни странно, на бюджетной основе, и как его до сих пор не выгнали — ума не приложу. Интересный он, конечно, неразговорчивый, тихий. Зато у него своя машина есть, — добавила неожиданно девушка.
— Да? — жутко удивилась я такому повороту событий. Взору почему-то предстали какие-то старые модели «жигулей» и «москвичей».
— Да, — кивнула Таня, — я сама видела, как он к универу в ней приезжал. Хорошая такая машина, дорогая, иномарка новая, только я марку не знаю — не разбираюсь в автомобилях.
— Может, он водителем работает? — предположила я, не в силах поверить, что этот мухомор умеет водить машину.
— Да ну, я пару раз его на машине видела. Думаешь, хозяин машины будет ждать, пока его водитель отучится и домой поедет? Это его машина.
И староста убежала, оставив меня в полном недоумении. Я села на лавочку, вытянула ноги и закрыла глаза.