Я вскидываю изумленный взгляд, чтобы увидеть, как яростно сужаются глаза Даниила.
– Рина, – одергивает сестру Артем. – Оставь Тоху, я же просил.
– А что я? – обращая внимание на брата, звучит как обиженный маленький ребенок. – Он – мерзкий. И вообще, бесит меня! Зачем пришел только! Терпеть его не могу.
– Рина, – давит Артем жестче. Она тут же надувает губы, смотрит на него из-подо лба, но молчит. – Ведешь себя отвратительно.
– Да, Марин, мама бы тоже возмутилась, – подключается Анжелика.
– А я с ней согласен, – гогочет Бойка.
– Кир! – визжат в один голос сразу две сестры Чарушина.
Третья же выдает:
– Хм… Давно ты у своей Вари парнокопытным был?
Не пойму, что она теперь делает: просто шутит, защищает Шатохина или на что-то намекает.
Я теряюсь, а вот Бойка… Кажется, что один он и понимает. Поджимает губы, будто вот-вот прыснет смехом, а у него там полон рот воды, и качает головой.
– Рин, хоть сегодня не ссорьтесь, – вздыхает Ника.
– Так он первый всегда! – пищит лютая младшенькая и тычет в Шатохина пальцем.
Мы все одновременно взрываемся хохотом. Помним же, кто это начал. Не смешно только милахе-кобре и Даниилу. Она продолжает недовольно пыхтеть. Он же, похоже, реально кипит от злости.
– Все, закрыли тему, – объявляет Чарушин внушительно. – Переключаемся на экран. Полсерии из-за вас пропустили.
– Ну и подумаешь… – шепчет Рина. – Я могу вообще уйти.
– Сиди, – прибивает Артем.
Она сразу замирает. Так напряженно, что мне даже ее жаль становится. Вижу, что некомфортно себя чувствует. И сдается мне, виной тому не столько Чарушин, столько неотступное внимание со стороны Тохи. Но спустя некоторое время, Рина все же расслабляется, вновь припадает головой к груди брата, а Даня отворачивается и съезжает с дивана на пол. Там, на ковре, помимо него уже развалились Филя и Бойка.
Повисает тишина.
Я с облегчением вздыхаю, едва ли не физически ощущая, как спадает сгустившийся было накал.