– Ну, супер! Чудесные новости… Тём, загляни в духовку? – прерываюсь, заметив через стекло розоватую корочку. Чарушин перехватывает мой взгляд и тут же идет к духовому шкафу. – Извините, – бросаю спешно свекрови. – Мам, а сколько вам до нас?
– Папа говорит, минут пятнадцать осталось.
– Отлично, – выдыхаю и мысленно прикидываю, что еще можно успеть сделать. – Я тогда накрываю… В общем, ждем вас с нетерпением!
– Ну, тогда до встречи, – отражает мама Таня столь же радостно.
– Пусть Бог бережет вас в дороге, – вырывается у меня на автомате.
Благо моя новая настоящая родня спокойно относится к подобным вещам. Не считают меня, как некоторые более современные люди, странной.
– Спасибо, дочка.
Отключаю телефон, откладываю его на стойку, ловлю на себе взгляд мужа и машинально улыбаюсь.
– Как хорошо, что заедут, – вздыхаю прямо-таки счастливо.
Когда иду к шкафчику, чтобы достать салфетки, Чарушин перехватывает и, обнимая, нежно целует в висок. Поднимаю взгляд, и он свой задерживает.
– Что?
– Ничего, – тихо тянет он.
– Я бы с удовольствием с тобой постояла, – смеюсь немного смущенно. – Но тогда мы встретим родню с пустым столом… А мне еще накинуть что-то нужно, – указываю на свой голый живот.
– Справимся, Лиз, – значимо это сейчас звучит.
Впрочем, как и всегда, из уст Чарушина.
– Думаю, да, – вздыхаю я.
– Я тебя люблю, знаешь?
– Знаю… – улыбаюсь еще счастливее. – Чувствую. И тоже очень люблю тебя!
– Ладно, Лиз… Что дальше делаем?
– Ты следи за картошкой, чтобы не подгорела… Еще минут пять, думаю… А я пока побегу на террасу, накрывать.
– Ты давай не слишком беги, окей? Если что-то не успеем, все поймут.
– Ну, я образно, Тём… Куда я с этим животом побегу? – хохочу, забирая, наконец, салфетки и столовые приборы.
– Тарелки тебе принесу сейчас. Не нагружайся.
– Ага, супер… Спасибо!
В достаточно спокойном темпе выполняем всю работу, но успеваем. Когда родня заходит в дом, я уже в красивом платье чесночные гренки несу, а Артем фетаксу и вяленые помидоры к ним.
Все, очевидно, с дороги голодные. Поэтому первые минут десять мало разговариваем. Как говорит Тёма, всем надо накидаться. Даже вино чуть позже открываем, когда, по словам того же Тёмы, основу в желудке чувствуем.