Что за чувство опять догнать пытается?
– Ты не против, если я что-нибудь приготовлю? – выдает Лиза неожиданно, едва успев обернуться. – Я голодная. А ты?
Прищуриваюсь.
– Вы же с Варей меньше часа назад в кафехе зависали, – припечатываю достаточно жестко. – Не наелась?
Краснеет. Совсем, как раньше, заводит руки за спину и в волнении сцепляет их в замок – вижу в зеркало. Да и плечи подрагивают. Только наряд совсем не тот, что когда-то. Вместо балахона на дьявольски шикарной Лизе Богдановой яркое короткое платье. Для всех теперь ее красота.
– Раздевайся, – бросаю грубо, не дожидаясь ее ответа. – У меня мало времени.
Сильно сомневаюсь, что она на самом деле успела проголодаться. Играет? Во что? Зачем? Чего, мать ее, добивается?
– Хорошо, – выдыхает едва слышно. В глазах что-то такое мелькает… Будто молния. Вспарывает мне грудь, прежде чем развернуться спиной. – Поможешь со змейкой? – спрашивает, собирая и перекидывая волосы через плечо.
Сжимаю ладони в кулаки и цепенею. Таращусь, пока в глазах не возникает жжение.
«Какая же она все-таки мелкая…», – проносится в кипящем мозгу первым делом, когда останавливаюсь сзади.
А потом… Вдыхаю ее запах, считываю какие-то особые микрочастицы уникальности – и начинается бомбежка. Маслает одержимое сердце. Качает, послав на хрен инстинкт какого-либо, черт возьми, самосохранения.
Сопли в кулак. Резко стягиваю бегунок молнии вниз.
Моргаю. Моргаю. Моргаю.
С хрипом выдыхаю.
Если так подумать, кажется, что я Дикарку тупо по коже узнать могу.
Тосковал по ней? Мать вашу, как же я тосковал… Вдохнуть бы… Вдохнуть – не забыть. С трудом натягиваю полные легкие.
Это все еще вписывается в рамки выдуманной мной нормы?
Запускаю ладони под ткань распахнувшегося платья. Собирая гремучие мурашки Богдановой, делаю все, чтобы оно с нее свалилось. Когда это происходит, вместе вздрагиваем.
Лифчик, трусы – туда же, на хрен.
"Касаюсь ее жадно. Сминаю ладонями торчащие сиськи. Сам же за этим через ее плечо наблюдаю. А заодно и за тем, как она реагирует – дышит все громче и дрожит.
– Боишься? – зачем-то спрашиваю я.
Временами охота убедиться, что она со мной не по принуждению.
– Нет, – отвечает незамедлительно.
Выдыхаю с ощутимым довольством. И снова сам себя поймать не могу, когда выдаю:
– Зря. Хочу делать с тобой криповые штуки.