Пол негромко, прерывисто вздохнул:
– Я что-нибудь придумаю, но о побеге не может быть и речи. Как по-твоему, способен Уэстленд… Уэстморленд отказаться от тебя?
Уитни взглянула на него и упрямо подняла подбородок.
– Нет! – гордо объявила она, зная, что в этот момент ответила бы так, даже если бы думала иначе. Она повернулась и пошла к двери, но у самого порога оглянулась. – Элизабет Аштон все еще свободна, – сухо сообщила девушка, – и я уверена, что ее приданым можно компенсировать все твои неразумные траты.
– Замолчи! – вскинулся Пол. – Иначе я так и поступлю!
Уитни с силой хлопнула дверью, но лишь оказавшись в своей спальне, дала волю слезам. Бросившись на кровать, она зарылась лицом в подушку и долго оплакивала страшное крушение иллюзий, огромную утрату. Она скорбела по себе, по своим пустым детским мечтам, по беззаветной преданности недостойному человеку, по любви, которую все эти годы питала к Полу.
Когда Кларисса вечером принесла ей поднос с ужином, глаза Уитни распухли, а грудь болела. Она поела одна, охваченная смятением, не в силах собраться с мыслями, взять себя в руки, но буря терзаний и мук уже утихала. К полудню следующего дня Уитни больше не сердилась на Пола и, честно говоря, даже испытывала нечто вроде угрызений совести.
К концу дня, бесцельно бродя среди последних цветов в саду, Уитни лихорадочно пыталась найти решение. Хватит размышлять над проблемами, нужно переходить к действию!
Вскоре план был готов. Элизабет любит Пола, в этом Уитни была уверена. Несомненно, можно как-то уговорить Элизабет простить Пола и принять его ухаживания в том случае, если тот решит вернуться к ней."
"Уитни поколебалась, запахивая на плечах шелковую шаль.