– Они не пострадали? Я бы тоже хотела…
– Юный Рональд немного переутомился, и мадам Помфри оставила его в больничном крыле, – сказал Дамблдор успокаивающе. – Мальчик показал себя настоящим героем. Вы можете им гордиться.
Артур прекратив переминаться с ноги на ногу, гордо выпятил грудь и сказал:
– Уизли всегда…
– Какой, сволочь ты старая, героизм? – заорала старуха Лонгботтом. – Это тролль! На них даже Нотты с аркбалистами* ходили! Это самоубийство!
Снейп презрительно фыркнул и вспомнил любимое Люцево выражение: «Договоримся о терминах».
Ибо, по мнению Дамблдора, героизм был именно что самоубийством. Причём самоубийством ритуальным. Великий волшебник понимал слова «класть живот на алтарь» буквально и очень добросовестно относился к своим жреческим обязанностям.
Например, молодой Северус Снейп должен был погибнуть на алтаре платонической любви к прекрасной деве. Сам, добровольно, испытав перед смертью неисчислимые муки. Северус остался жив и здоров благодаря Лорду, тот очень вовремя сгинул.
За десять лет относительно спокойной жизни жертвенный баран Снейп слегка поумнел и понял, что начни он всерьёз шпионить за Тёмным лордом и его Ближним кругом, то был бы немедленно разоблачён – в ставке Лорда дураков не было.
О цене своей смерти Северус даже задумываться не хотел, полкната, не больше. Что он мог выведать, не рискуя жизнью? Количество пробирок в лабораториях Лорда? Настроение Руквуда после весёлой ночки в борделе?
У Снейпа никогда не было возможности влиять на политику или финансы организации.