Версии Теодора и Роберты Уилкис не особо разнились между собой. Единственно, Роберта упомянула чрезвычайно стеснённые денежные обстоятельства Ноттов и Ковена, а отец Панси Паркинсон, по слухам, был баснословно богат. Кто-то из девочек уверял даже, что Паркинсоны уже давным-давно богаче Малфоев. «Да и как иначе, – тихо шепнула красавица Анна Рейнолс, – ведь Паркинсон был казначеем самого Лорда. Недаром Панси так заносится».
Гарри в ответ задумчиво покивал. Теперь «конкурс женихов» стал понятен – кого бы ни выбрала заносчивая Паркинсон, приданое уйдёт члену Ковена.
Помолвка же Пьюси и Булстроуд была весьма скорой и чрезвычайно загадочной. Ценность полоумного Пьюси, как жениха, была невелика. Гарри предположил, что из-за сиротства и бедности, усугубляемых агрессивностью и неспособностью здраво оценивать свои поступки."
"– Вовсе нет, – возразила на это Роберта. – Вернее, это полбеды. Отец Пьюси был фанатиком идей Лорда и никогда этого не скрывал. Эдриан, как видишь, тоже.
Гарри только рот открыл:
– За что?
– Тёмного мага, способного ковыряться в чужих мозгах сквозь окклюментивные щиты и амулеты? Да уж найдётся за что.
И девочки, перебивая друг друга, рассказали Поттеру грустную историю сиротства последнего из Пьюси. Убийцы остались неизвестными, но никто не сомневался, что тут замешан Дамблдор, потому что нейтралы к тому времени уже не высовывались из мэноров.
Некоторое время Эдриана прятали по домам сторонников Лорда, а после войны нашлись какие-то дальние родственники, предъявившие права на опекунство. Опекунов ждал неприятный сюрприз – зажиточный род Пьюси оказался разорённым, а Эдриан принялся выдавать такие всплески, что его пришлось на пару лет изолировать в Мунго.
– Жалко его, – вздохнула Аннабель Лоэлот и покачала белокурой головой.
– Да? А несчастных, которых он попутно с ума сводил, не жалко? – Роберта с ожесточением воткнула иглу в вышивку.
– Но ведь тёмными магами рождаются, а не становятся? – опешил Гарри.
– Поттер, ты бы меньше слушал ковенцев, уж там-то выродков через одного. Да, тёмный дар не спрашивает мага, желает ли тот такого подарочка. Но ведь этот дар можно разбавить, а то и вовсе уничтожить.