Ванька-ротный

Никто ведь из них никогда не видел живого немца с автоматом в руках. А пойди, скажи – тебя заплюют, в лицо будут смеяться с презрением. Нам высоты и опорные пункты нужны. А ты нам представил задрипанного немца и думаешь геройство совершил. Командованию продвижение вперед нужно! А это твоя черновая работа. Подумаешь невидаль немец с винтовкой! Нам результаты нужны, а не твои мелкие потуги! Да! Подумал я. Вся жизнь вот так кувырком идет! Ребята стояли и виновато смотрели на меня. Они как бы спрашивали – что теперь сделаешь? Сорвалось! Вроде один миг, упустили! Я показал на пулемет и махнул на убитых рукой, документы с убитых нужно взять! Остальное – забираем и отправляемся к своим обратно! Рязанцев должен был слышать наши выстрелы.

Он видно понял, что здесь произошло. Ждать нас он больше не будет. Он должен действовать и быстро идти на высоту. Надо успеть до рассвета захватить немецкие блиндажи. На нашу стрельбу немцы с других мест не реагировали. Считали, что это стреляли свои. Я велел Сергею в нашу сторону бросить две белых ракеты. Если Рязанцев увидит, то должен понять, что мы возвращаемся в сторону к себе А для немцев, которые сидят в соседних опорных пунктах, это будет сигналом, что в окоп вернулась группа с пулеметом и стала освещать подходы впереди. Похлопав себя по карманам, я показал на убитых немцев. Ребята от расстройства забыли у них документы забрать. Разведчики нагнулись, проверили карманы убитых, подали мне документы и протянули ручные часы. Я не глядя, засунул все под рубаху маскхалата. Пошли мотнул я головой в сторону, окопа. В окопе у нас дежурили двое.

– Свои! – сказал я негромко и тихо пошевелился для верности. На мой голос и свист навстречу поднялся разведчик.

– Свои! Не стрелять!

– Вас поняли! Товарищ гвардии капитан! Это вы там две очереди дали?

– Пойдете по тропе к быстро сюда убитых! Пару минут на все!: Мы подождем вас здесь. Разведчики вскоре вернулись.

– Положите их на бруствер. Руки согните, пока не застыли. Положите их так, как будто они лежат и наблюдают.

Вы останетесь, здесь до утра! Если у Рязанцева все в порядке, то я пришлю за вами связного. Если не пришлю, останетесь на день здесь. Менять пока некем.

– 17-

– Мы пошли в Бондари! Мы вышли с Сергеем на снежную стежку в рыхлом снегу, идти по ней было тяжело. Валенки утопали и скользили в снежной крупе. До тропы, которая в Бондари нужно, пройти с километр снежным полем, Серега шел впереди, а я как всегда, занятый мыслями, тащился в двух метрах сзади.