А эти тыловые, шустрые и проворные, распаленные быстрой ездой, по дороге, по пыли и жаре, снимали с себя картузы и каски, вытирали рукавами потные лбы и улыбались, они были рады.
– Наконец-то! Мать твою в дышло, до мощеной дороги добрались!
На войне, как у всех. Каждому – свое! Кому свинцовые проблески в грудь где-то там впереди. А кому мощеная камушком дорога! Хоть она уложена камушком за городом версты на две, на три.
Через некоторое время на площади появился начальник штаба верхом на коне. Он легко спрыгнул на землю, огляделся кругом, показал рукой в сторону забора на спящих солдат и велел их поднимать.
Солдат набралось около сотни. Их отогнали с криками от забора, построили на дороге, разбили на две роты, назначили ротных офицеров и приказали идти. Роты двинулись вперед на выход из города. Начальник штаба поднялся в седло и подался к обозникам.
Обычно первые сутки длительного перехода для солдат бывают тяжелыми. Потом они разойдутся, втянутся в непрерывный ход, дорога полегчает, спины у них разогнутся.
И вот после жары на небе появились рваные облака и тучи. Дунул порывистый ветер и заморосил холодный дождь. Мощеный участок дороги быстро кончился. Дорога размякла и покрылась водой. Полковые обозы застряли. Роты остались без хлеба и мучной похлебки на несколько дней.
– Курево вышло! – жаловались солдаты,
– Хоть голосом кричи!
Солдатам, им что? Им осенние дороги, лужи, грязь и распутица… Им всё по колен! Видно пришла пара ветрам, дождям и непогоде! Солдаты стрелки, скользя и разъезжаясь по грязи, молча заходят в лужи.
От деревни Холм мы свернули направо, обошли Мошну стороной. А деревня Бельково осталась где-то справа. Около Башкевичи мы перешли насыпь недостроенного пути. Мы думали, что здесь на рубеже нас остановят и обстреляют немцы. Но немцев и за насыпью не оказалось. Взяв общее направление на Сыро-Липки мы тихо и не торопясь, подвигались вперед. Мутные лужи и грязь, серая обочина дороги медленно уходит назад."
"При подходе к Самодурово нас обстреляли.
– Чего лежим? – спрашиваю я,
– Может, обойдем их, где справа или слева?
– Так нет приказу! Товарищ капитан! А без приказу, кому охота лезть живьем в могилу!
На ночь я устроился спать в какой-то сырой канаве. Солдаты лежали чуть выше по скату, а ноги у них болтались в воде.