В любую минуту мы можем попасть под артобстрел. Потревожили немцев маленько. Они, как муравейник всполошились и бьют. Но ничего! Через пару дней они успокоятся, и стрелять перестанут.
– Ну, что Федя? – спросил я, когда мы вернулись к себе.
– Троих убрали?
– Когда ты первому врезал, он даже подпрыгнул и ртом воздух зевнул. Второй успел повернуться в профиль. После выстрела у него каска с головы слетела. Ты ему в каску долбанул. Винтовка на бруствере осталась лежать, как и лежала, а он потихоньку стал сползать на дно траншеи.
– Ну, вот, теперь мне скажи! Можем мы за месяц опустошить немецкую траншею?
– Да! Стрелять ты умеешь, капитан!
– В училище научили. За год учебы курсант тринадцать патрон для боевой стрельбы получал. А остальное время, так, в холостую щелкал затвором. Подойдет иногда взводный, наденет на прицельную планку стереоскоп и подает тебе команду
– Взять прицел! Делаем выстрел! Щелкнешь бойком, а он смотрит куда после щелчка у тебя ушел прицел.
Дня два мы с Федей проспали на нарах. На третий день пришел приказ. Дивизия снялась и мы перешли в наступление. В наших рядах были убитые и раненые. Потеряли хороших ребят. Убитых хоронили без жалостной музыки, без красного знамени и гробов. Разведчиков клали в могилу, в чем были одеты. Солдатская шинель, она и тут укрыла тело солдата бойца.
При выходе на новый рубеж Рязанцев берет языка. Рыжего, небольшого роста, настоящего ""Фрица"". Нос у него картошкой, вроде, как после драки припух.
– Ткнули, что ль его по морде?
– Нет, товарищ капитан, раз под ребро прикладом сунули. Сопротивляться хотел. А по носу не трогали!
– Ну ладно! Видно у немца такая порода.
По телефону докладываю в штаб полка, что взят язык. Начальник штаба полка звонит в дивизию. На проводе дежурный разведотдела переводчик Сац.
– Немец, наверно, сдался сам? Добровольно перешел на нашу сторону! А вам капитан докладывает, что взял языка. В связи с нашим наступлением переходы немцев на нашу сторону участились.
Майор берет другую трубку и передает мне разговор."
"– Сац утверждает, что не вы немца взяли, но он сам на нашу сторону перешел! Вот Сац не верит, что вы его взяли в бою. Сац велел пленного без задержки переправить в дивизию.