Еле-еле потом в лифт вписывается. А вы с ним отлично живете.
И все, соседушка язык прикусила. А та, у которой курятник в пентхаусе, завизжит:
– Нажрался, как свинья, перед соседями стыдно.
И гав-гав-гав. Уж тут Мария Ивановна не утихнет, всем расскажет, что соседка, бедняжка, с пьяницей живет.
– И у кого из тех, с кем мы сейчас беседовали, курятник в голове? – засмеялась Ада. – Слышала этот оборот от Вани, но всегда думала, что это синоним выражения «вдохновенный идиот».
Я кивнула.
– Верно. Только «вдохновенный идиот» всего один насест в курятнике, там разных гнезд уйма.
Дюдюня вынула телефон.
– Димон, сколько нам ехать до Ошуркова? Отлично. Сорок минут от того места, где сейчас находимся.
– Нас вроде вежливо вон выставили, – напомнила я, – но не хочется бросать незавершенную работу.
– Подождите, – закричал знакомый голос.
Мы с Адой одновременно обернулись и увидели Инессу. Та быстрым шагом приблизилась к джипу.
– Я люблю и маму, и папу Витю, но мне давно не пять лет. И деньги я сама зарабатываю. Вас нанимала я. Не слушайте Елену Николаевну. Она до сих пор думает, что мне пять лет. Вы работаете на меня! Ни на кого другого. Вот и продолжайте. Узнайте все об этой бабе. Она Тамара Владимировна Ефимова? Не верю! Установите настоящее имя вруньи! Или я ошибаюсь, тетка та кукушка, что меня кинула? Может, анализ ДНК она купила в надежде на получение части наследства? Или баба не имеет никакого отношения ко мне? Почему выбрала меня для аферы?
– Договор подписан с Инессой Листовой, – напомнила я, – никто, кроме вас, не может отказаться от наших услуг.
– Куда вы собрались ехать? – поинтересовалась Инесса.
– В Ошурково, – ответила Ада Марковна, – Ефимова там родилась и провела детство. Возможно, мы найдем людей, которые ее знали, на данном этапе у нас мало сведений о Тамаре Владимировне.
– Я с вами! – решила Инесса. – Домой возвращаться не хочу.