— Поручик Лягдов, Третье отделение, Собственной Его Императорского Величества канцелярии.
Сбившись, секунду помолчал и с просительными нотками в голосе добавил.
— Давайте вы оттуда слезете и сдадитесь, а? Всем же лучше будет.
Смотря на него, я подбирал слова для ответа. А потом внутри взревел Дар, что достался мне от уничтоженной души Одарённого. Теперь я отлично понимал, почему он стал идеальным кандидатом для управления костяным конструктом.
Глава XVI
Дар, который достался мне от уничтоженной души Одарённого был из разряда тех, что подошли бы кому-то из свиты Плутона.
Я не был готов к тому, что он проявится вот таким образом — став частью меня и заработав в полную силу. Само собой, божество способно использовать любой Дар — в конце концов, именно мы выдавали их в качестве награды своим последователям. Но сейчас я был слаб, а обретённая способность вовсю бушевала внутри, желая, чтобы её немедленно пустили в дело.
Кости на кладбище, останки мелких животных в соседних лесах, пара трупов, закопанных около ограды — я отлично чувствовал всех мертвецов. Единственное, что воспринималось абсолютно чужеродно — туша костяного дракона, на которой я сейчас стоял да разбросанные костяки конструктов. Они ощущались, как нечто мерзкое и ужасающе воняющее.
Поэтому, как только Мьёльнир тихо выбрался из туши поверженной твари и прилепился к моему ботинку, я с радостью спрыгнул вниз. Несколько бойцов, вооружёных автоматами, отшатнулись назад, но вот поручик остался на месте.
— Вы же вытащили оружие из тела дракона, правильно? Вы с ним сражались?
В голосе сквозила откровенная надежда на то, что я не окажусь хозяином костяной твари и офицеру не придётся геройски умирать на третьестепенной городской дороге. Где-то наверху заклекотал подлетевший Сандал, а я кивнул.
— Мы проезжали мимо кладбища, когда на дороге появились эти создания и пришлось вступить в бой.
Кто-то из стоявших у него за спиной солдат, с облегчением выдохнул. Да и лицо самого поручика сразу повеселело — он даже позволил себе усмехнуться. А в следующий момент обернулся к своему сопровождению.
— Все, кроме Григорьева — поддержать огнём коллег. Нечего тут уши греть! Зачищайте кладбище.
Снова раздался негодующий клёкот Сандала.