Еду домой и на нервах закидываю свои вещи в чемодан, забираю папку, о которой мне пел еще на вечеринке Филипп Александрович, и покидаю квартиру. Возможно, Ане нужна передышка. Сейчас поживет одна, подумает и решится на то, чтобы дать мне шанс. Женщины импульсивны и свои решения меняют очень и очень часто.
Приезжаю в квартиру, которую снимаю для Оли, и скидываю ее вещи в чемоданы и сумки, бросаю все хаотично, не разбираясь, что к чему. Выставляю баулы за дверь и закрываюсь изнутри на замок, предварительно засунув ключ, чтобы не смогла открыть и войти в жилище.
Не будет больше грязи в моей жизни. Нет. Никаких Оль. Это все слишком затянулось.
Буквально через час слышу звонок в дверь. Не реагирую. Звонит телефон, конечно, это она.
- Надо что? – отвечаю без приветствия.
- В смысле? Дверь открой, почему ты выбросил мои вещи, я что шавка? И так проблем хватает из-за тебя и твоей гусыни, - начинает недовольно выговаривать.
- Слышишь, туалетная звезда, я тебя предупреждал по поводу оскорблений моей жены?
- Хватит нервничать и изводить меня! – не реагирует на претензию.
- ...хотя, - продолжаю, не вслушиваясь в ее ответ, - с тобой разговоры завершены. До тебя, похоже, не доходит, что происходит в моей жизни, и думаешь ты, конечно, только о себе и своем удобстве, - отсоединяюсь и выключаю мобильник.
Ольга не успокаивается и продолжает звонить в дверь. Через минут десять она переходит на удары.
На минут двадцать она притихает и, видимо, уходит. Однако, оказывается, это только начало. После агрессии Ольга решает действовать другим методом.
- Майкл, я же люблю тебя, - стучит в дверь и рыдает. - Люблю! Открой. Умоляю, - бьет кулаками."
"- Пошла отсюда вон, между нами все кончено, я буду возвращать жену, - рявкаю через закрытую дверь, не в силах больше слушать ее истерию.
- Ненавижу тебя! Чтобы и ты, и твоя жена, и дети – сгнили! Не будет вам счастья, уроды! – зло кричит на весь этаж.
Через часа два, утомленная собственным концертом, Оля исчезает. Сумки и чемоданы она так и оставляет под дверью. После всего того, что я увидел в папке с ее проделками в туалетах моего ресторана, хочется облиться дезинфектором и больше никогда не видеть эту дрянь.
Глава 23. Филипп. Аня
Знаю ли я, что такое боль?
Прекрасно.
Она текла по моим венам несколько лет. Боль от предательства измены.