Они оказались на балюстраде, опоясывающей гигантский зал с бугристым, сложенным из скалистых пород потолком. Глубина зала достигала не менее ста с лишним метров, и весь он был заполнен одной колоссальной, светящейся оранжевой желтизной постройкой, аналогов которой в земном градостроительстве Матвей найти сразу не смог. Больше всего она напоминала созданный с великолепным размахом термитник, с тонкими и плавными переходами, создающими потрясающий эстетический эффект. Но главное, что бросалось в глаза и ощущалось на расстоянии, термитник был создан не человеческими руками и не для людей.
— Карамба! — прошептал Василий после пяти минут молчания. — Теперь уж точно я сплю! Кто мог это здесь построить?!
— На самом деле термиты, — обернулся Горшин, сверкнув фосфорически светящимися белками глаз. — Правда, по размерам они не уступали нашим овцам. К тому же в те времена это были разумные существа.
— Бред! — сплюнул Василий, с благоговейным трепетом разглядывая термитник.
— Под Москвой около сотни таких подземных храмов, сохраненных благодаря заранее принятым мерам, — не обратил внимания на его реплику Горшин.
— Кто же ухаживает за таким чудом?
— Хранители.
— Значит, люди все же сюда проникают?
— Хранители — не люди или, вернее, не совсем люди. — Горшин начал терять терпение: — Ганфайтеры, нам пора.
— Значит, Успенский оказался прав? — тоже зачарованный, произнес Матвей, хотя был подготовлен к тому, что увидел.
— Не во всем, но что касается разумных существ, населяющих Землю, тут он просто провидец. А может, его посвятили Хранители, забыв взять клятву о неразглашении знаний? Идемте.
— Как же мы спустимся?
— Вниз не пойдем, хотя спуск предусмотрен. Захочешь, придешь сюда один. У меня просто нет времени любоваться этим термитником.
Горшин повернул налево по балюстраде, и приятели вынуждены были оторвать взгляд от дворца, созданного разумными термитами во времена динозавров.
Зал они обходили недолго. Вскоре Горшин остановился у каменного выступа, формой напоминавшего панцирь черепахи, ткнул в него пальцем, и выступ превратился в нишу с черным треугольником входа.
Как только они вошли, вспыхнул свет, но источник его остался необнаруженным. Казалось, светится сам воздух.