Василий чертыхнулся, оглядевшись по сторонам, похлопал Матвея по плечу — тот смотрел прямо перед собой остановившимися глазами — и сел за руль.
— Хотел бы я знать, кто из нас спит: он или я, — сказал Василий вслух, вспоминая подземный «храм» и ощущая дрожь при мысли, что земная история кем-то корректируется, потому что истину в массе своей люди не знали.
УДАЧА ЗЛА
Матвей пришел в себя к обеду. Василий ожидал каких-то эффектов, чего-то необычного в поведении товарища, но тот выглядел, как всегда, невозмутимым, собранным, внимательным.
— Жарко. Или ты не об этом?
Рассказывать о своих ощущениях не хотелось, сам еще не все понял, необходимо время, чтобы разобраться в происходящем с нервной системой. Во всяком случае, самочувствие его позволяло заниматься делом.
Василий, следует отдать ему должное, хорошо понимал состояние товарища и не стал пускаться в расспросы, за что Матвей был ему благодарен.
В два часа дня, пообедав у приятельницы Василия, они проверили экипировку, подогнали снаряжение и с сумками за плечами отправились к метро. С виду они выглядели омоновцами при исполнении, одетые в пятнистые костюмы, ботинки и береты спецмилиции. Впрочем, и документы были у них соответствующие: капитана — у Матвея и старшего лейтенанта — у Василия.
На тот случай, если Ибрагимов приготовил им засаду в метро — не сработал их приказ «не помнить, что он им говорил», — они готовы были отступить, чтобы войти в метро особой ветки в другом месте, но засады не оказалось. Приказ сработал.
Вход в спецметро начинался за служебными помещениями станции «Лубянка», расположенными в конце перрона правой ветки, ведущей к конечной остановке «Улица Подбельского».
Дверца из металлической сетки с табличкой «Под напряжением.