Стиралась с лица Земли даже память о цивилизации Инсектов, сооружения которой обладали сложной гармонией, буквально застывшей музыкой, чуждой и в то же время близкой человеческому восприятию.
Второй сон состоял из двух фрагментов-видений, одинаковых по форме подачи, но разных по содержанию. Пройдя первые этажи астрала, Матвей попал в некое сферическое пространство с зыбкими жемчужными стенами — словно внутрь мыльного пузыря. В «пузыре» его ждала таинственная спутница инфарха, которую Монарх Тьмы назвал Светленой и которая напомнила о себе появлением в реальной жизни девушки Ульяны.
— Читай, идущий, — раздался низкий голос женщины, в то время как ее глаза вглядывались в Соболева с непонятной мольбой и печалью. — Времени мало, ты можешь не успеть.
— Что я должен прочитать или узнать? — спросил Матвей, ощущая себя во сне таким же облаком без рук и ног.
— Ты должен пробудиться, я помогу.
— К истинному пробуждению нет королевского пути, разве не так? И я давно хотел спросить: почему вы помогаете мне? Я ведь даже не человек Круга.
— Когда-нибудь ты узнаешь об этом. В одном ты прав: доступ к знанию Внутреннего Круга идущий может получить лишь тогда, когда захочет серьезно учиться и достигнуть некоторого начального уровня в своей духовной эволюции. Твой потенциал высок, но особого стремления учиться у тебя не обнаруживается, что озадачило иерархов и обрадовало Монарха.
— Не понимаю.
— Надо почувствовать Учителя, увидеть его изнутри… постараться выяснить, что он потребует.
— А разве Учитель обязан требовать?
— Ничто в мире не делается бесплатно. Знание тоже не дается бесплатно. Люди должны расплачиваться за минуту удовольствия, спокойствие, знания, силу, любовь, даже за воздух, которым дышат, короче — за жизнь! Правда, редко кто понимает это.
— Я уже понял. Однако речь шла об Учителе… я не совсем вас… вы хотите сказать, что Учителя бывают…
— Разные, идущий, — истинные и ложные. Приглядись к своим, иначе можешь пойти не той Тропой…
— У меня нет Учителей… если не считать… — Матвей вспомнил Самандара, но сумел вовремя остановить свой язык, вернее, мысль.