Сам не могу разобраться в причинах. Говорю совсем не то, что думаю.
Они не спеша вышли на дорогу и двинулись в сторону дома Татьяны Владимировны.
— Что ты имеешь в виду?
— Соня, я не хочу выяснять отношения на улице. Если пригласишь в дом, буду благодарен.
Соня обратила внимание, что Денис говорил лаконично, продолжая хмуриться. Поняла, что он думает над словами молодого оборотня.
— Приглашу, — выдохнула, ругая себя за то, что не хочет с ним расставаться. Как бы ни горячилась, какие бы слова ни произносила в запале, она быстро отходила и понимала, что ей снова хочется быть рядом с Потемкиным.
Красивые губы Дениса скривились в чуть ироничной усмешке.
— Не будет. Кстати, как вы с ней поговорили?
— Мы подружились. Но сам понимаешь, наше общение только начинается, и мне бы не хотелось с ней разлучаться.
— Тогда вам нужно жить в одном месте.
— Нужно, — согласилась Соня. — Я думала об этом и пока, к сожалению, не нашла решения.
— Решение всегда есть, — грубовато заметил Денис. Он шел рядом с ней, не пытаясь дотронуться.
— И какое же?
— Думаю, завтра все будет ясно.
Соня тоже нахмурилась.
— Денис, я правильно поняла, что ты всерьез размышляешь над словами того парня?
— Правильно.
Неожиданно Соня разволновалась, у нее резко участилось сердцебиение. Потемкин может стать альфой ее стаи! С одной стороны, это сразу изменит финансовое положение сородичей в лучшую сторону, с другой — он станет и ее непосредственным альфой!
— Разве такое возможно? Я имею в виду слияние двух стай.
— Возможно. Но я сейчас не хочу принимать решение. Все необходимо взвесить как следует. И поговорить со старейшинами. — Они свернули к дому Татьяны Владимировны. — Соня, и если честно, меня сейчас мало волнует слияние стай. Я беспокоюсь о другом.
— О чем? — Соня, поддерживая разговор, открыла дверь.
— О нас.
Она замерла и на мгновение прикрыла глаза. Ничего не успела сказать, как Денис продолжил:
— Давай поговорим. Без криков. Без ссор. Я пытался поговорить вчера, но, видимо, еще не до конца созрел. Сегодня понимаю, что разговор необходимо закончить. Иначе я и тебя дальше продолжу терзать, и сам изведусь.
Соня порадовалась, что он не может видеть сейчас ее лица. Наверняка в глазах отражается боль и робкая надежда.