Злодейский путь!.. [том 5-6]

— Я спросил, потому что мне правда интересно, что подтолкнуло тебя к такому решению, — продолжил Муан.

Шен внимательно вгляделся в его глаза. Похоже, Муан на самом деле с интересом ждал ответа.

— Я… — Шен задумался, не зная, как описать чувство, что охватило его тогда на поляне, когда он дал пропуски духам и потом, когда увидел их здесь. Или… он знает? — Мы… семья.

Муан нахмурился, услышав эти слова.

— Ты серьезно? — через минуту спросил он.

— Да.

«Тогда… кто мы? Если духи для тебя «семья»… Насколько далеко от тебя я?» — Конечно же Муан не произнес это вслух, лишь криво усмехнулся своим безрадостным мыслям.

Шен увидел, что мечник фыркнул и усмехнулся, когда он сказал про семью, и это его уязвило.

«Да, моя семья вот такая! Духи мне ближе людей, так что?»

— Не относись к моим словам с презрением!

Муан удивленно приподнял бровь.

— Я вообще о таком не думал.

— Тогда что значит твоя кривая усмешка?

Муан все еще стоял возле столика. Он отставил пустую пиалу и посмотрел на Шена. Тот сидел на диване и выглядел воинственным зверьком, готовым до последнего защищать свою семью от нападок хищного зверя.

Они одновременно вздрогнули. Муан смущенно подумал, что делает какие-то глупости, но, если сейчас отдернет руку, — будет выглядеть, словно он испугался собственной дерзости, поэтому он так и застыл.

Шен поднял взгляд и уставился на мечника. Против воли в уме всплыло воспоминание, как тот так же держал руку на его макушке, когда шел пятый перематывающийся понедельник… Когда Муан… Шен закрыл глаза, запрещая себе продолжать эту мысль.

«Это невыносимо, — подумал он. — Я больше не могу скрывать от тебя все это. Моих сил недостаточно. С каждым разом мое «все хорошо» звучит все более жалко».

Они так и застыли: Муан держал ладонь на макушке Шена, а тот сидел с пиалой в руках, прикрыв глаза.

Шен почти заснул, чувствуя разливающееся по телу тепло, когда кто-то быстро чмокнул его в волосы на макушке.

— Отдыхай. Мне пора идти, — произнес Муан и стремительно пошел прочь.

Шен открыл глаза и увидел лишь его удаляющуюся спину. Охватившее его тепло убаюкивало. Шен поднял с пола подушку, откинутую лисой, и, улегшись на диван, закрыл глаза.

Несмотря на тепло, его сон был полон тревог. Шен словно от решения геометрической задачки перешел к выступлению перед аккредитационным советом, и все это без подготовки. Он совершенно не улавливал, что происходит, но чувствовал, как безнадежно отстал.