Водная поверхность не была гладкой, частично скрываясь в легкой туманной дымке.
— Похоже на горячие источники, — наклонившись вслед за ним, предположил Муан. — Вряд ли тот строитель упал отсюда — он бы попал в воду и не думаю, что что-то бы сломал. Звучало так, будто он упал на землю.
— Значит, та лоджия с другой стороны. Пойдем.
Шен собирался было вернуться в основное помещение, но тут заметил далекий огонек. Погасив пламя на ладони, он вгляделся в ночь. Вскоре стало ясно, что ему не мерещится: вдалеке, в горах, ярко горят огни.
— В той стороне горная усадьба? Кажется, они не отмечают этот Праздник Холодной пищи, — заметил Шен.
Муан посмотрел в указанном им направлении и удивленно нахмурился.
— Похоже на то.
Они вернулись в основное помещение, затем проверили противоположную лоджию и вернулись к лестнице. Отсвет желтого света, почти затерявшийся вдалеке, вновь приблизился к ним.
— Я ничего не заметил, учитель, — поведал Ал.
Шен кивнул.
— Ладно, я нанесу защитные символы, и пойдем отсюда.
Обычно такие вещи делались с помощью талисманов, но Шен решил, что вязь символов, нанесенная на стены, будет эффективнее. Он встал в центре этажа, который пока являл собой одно большое помещение, и осмотрелся, примериваясь, как удобнее это сделать.
— Отойдите на лестницу, — попросил он.
Ал и Муан, не споря, спустились на несколько ступеней и замерли, наблюдая за действиями старейшины пика Черного лотоса.
Шен прикрыл глаза, стараясь отрешиться от всех своих неуместных мыслей.
В перекрытиях этажей гулял ветер.
Его мерцающее ядро дарило гораздо больше энергии, чем у него было раньше, ему уже довелось оценить это. К примеру, забавы с печатью на суде фейри, которой он окутал все стены и потолок, его энергичность несмотря на то, что в последние дни он очень мало спит — в прошлом он бы уже валился от усталости.
Мгновения растянулись, а затем энергия прошила все пространство четвертого этажа, и на стенах отпечатались защитные символы. Они выгорали, чернея, словно потухающий огонь.