Мы обо всём поговорим, но позже. Немного позже.
Через несколько минут таких объятий Дайрон чуть разжал их, продолжая удерживать меня за талию, и обратился к отцу:
— Ада моя истинная, — сказал он со сталью в голосе. — Да, она полукровка. В её роду был первородный дракон, сейчас его сила пробудилась в ней. Имей в виду, я не позволю тебе забрать её или препятствовать тому, чтобы она была со мной.
Я затаила дыхание, ожидая волны гнева или негодования. Слушала сильные, неровные удары сердца моего драгхара, чувствовала на себе его дыхание, крепкие объятия и ждала.
— После поговорим.
И ушёл, оставив нас в окружении ошеломлённых стражников, часть из которых уже шла изучать остатки оранжереи.
Дайрон чуть затемно выдохнул и ослабил хватку. Я же обернулась к нему.
— Ты думаешь, нас захотят разлучить?
— Не знаю, Ада, вполне возможно. — ответил Дайрон.
— До последнего не надо, — взволнованно сказала на это и услышала тихий смех.
— Всё будет хорошо. Мы со всем справимся.
Затем помолчал немного, посмотрел на брата и Беона, стоявших неподалёку, и улыбнулся.
— Тем более император не сможет отказать в единственной просьбе первого дракона за последнюю тысячу лет.
И я верила. А затем последовал нежный и такой долгожданный поцелуй…
Эпилог 1
— Ада, ты прекрасно выглядишь!
— Да-да, такая красивая, посвежевшая…
Я стояла около своего дома в окружении девушек из человеческой делегации и старалась не улыбаться слишком широко. Это было сложно, ведь то, как они пытались мне угодить, как расхваливали мою совершенно обычную форму и улыбались во все тридцать два, вызывало лишь смех.
После того как стало известно о моём истинном происхождении, отношение ко мне изменилось.
Большинство магистров приравняли меня к драгхарам и теперь спрашивали по своим предметам так же строго, как и с них. Далеко не всё получалось понять с первого раза, но Дайрон, Беон и Дориан мне помогали.
Среди адептов приняли меня далеко не всё. Открытую неприязнь не выражали, но многие старались обходить стороной. Правда, меня это не тревожило.