Блин, что делать?! Надо дать знать о беде своему охраннику, сама – с тренированным мужчиной точно не справлюсь, еще и вероятно беременная – тут наоборот, нельзя сопротивляться, чтобы не ударили, например, в тот же живот.
Лихорадочно ищу взглядом, куда положила телефон.
– Это ищешь?
Коля с довольной улыбкой достает из кармана мой мобильный.
– Сейчас мы кое-куда поедем вместе, ты будешь хорошей девочкой…
Мне надоело быть хорошей девочкой.
Хорошо, что стою рядом с компьютерным столиком и окном.
Схватила ноутбук и со всей силы кинула им в окно, которое тут же с громким звоном разбилось, а ноут отправился в гордый красивый полет, первый и последний.
Ну вот, намек Георгию отправлен.
Больше я ничего не успела сделать, Коля уже был рядом и, схватив меня, приложил к моему лицу какую-то ткань. Мир померк.
Очнулась не в самом приятном положении и состоянии. Лежу на заднем сидении машины, руки и ноги скованы наручниками, еще и пристегнута странным образом, ремнями безопасности.
Машина не едет.
Вдруг дверь резко открывается, я вижу Колю.
– Вот она, жива и невредима, – громко произносит Коля, беря меня за волосы и приподнимая тем самым мою голову.
Козел!
Замечаю невдалеке Крамера, собственно, ему, похоже, и демонстрируют степень моей неповрежденности.
Все, Коля отпускает, дверь не захлопывается.
Переживательно, но наличие Давида поблизости успокаивает.
Пока есть возможность, пытаюсь выпутаться незаметно из ремней. Будет возможность, упрыгаю из машины.
– Еще раз шевельнешься, пристрелю, – это зло и угрожающе сказал Коля, когда вдруг вновь обернувшись.
Застыла. Ладно, пусть шеф сам разбирается."
"Краем глаза слежу за тем, как переговорщики осторожно сближаются, о чем говорят, мне не слышно.
Проходит, наверное, четверть часа, но даже это время тянется для меня невероятно долго.
И тут случается неожиданное.
Николай падает с рыданиями на колени, обнимает ноги Крамера и громко просит прощения.
Давид с каменным выражением на лице отступает от охранника, требует встать, и когда Николай исполняет повеление, шеф со всей силы дает кулаком в челюсть обидчика.
Тут же налетает охрана, Николая скручивают а Давид целеустремленно идет ко мне, встает в открытом проеме, облокачивается на крышу машины и оглядывает меня с серьезным и даже тревожным видом.
Первые слова произнесенные Давидом в столь эпичный момент, поразили.
– Весьма соблазнительно выглядит, Василиса Андреевна.