Я смогла подпустить к себе другого человека, который, возможно, способен сделать меня счастливой без сложностей и тайн. Который, возможно, покажет мне совсем другую любовь. Которая, возможно, будет не менее прекрасной. Мне хотелось в это верить.
Как только большие ладони легли мне на грудь, я закрыла глаза и тихо простонала. Я просунула руки между нашими тесно сплетенными телами в поисках его ремня. Судорожно зазвенев пряжкой, я непроизвольно подалась к нему бедрами и уперлась промежностью в затвердевший член. Его дыхание участилось.
Ричард оперся на руки и вопросительно взглянул на меня. Точно так же и я смотрела то на него, то на дверь, не меняя позы.
– Понятия не имею, кто это может быть, – сбивчиво прошептала я.
Ричард безмолвно встал с кровати, позволяя мне принять вертикальное положение. Я спешно набросила халат и направилась к двери.
– Кто там? – на всякий случай поинтересовалась я, уже рассматривая молодого человека в униформе в глазок.
– Курьер, мисс.
Я повернула замок и уставилась на него с недоумением.
– Просили доставить ровно в полночь, – он протянул мне огромный букет из идеальных алых роз одинакового размера, длинные стебли которых были обвязаны тугой красной лентой. – Прошу, распишитесь вот здесь.
С округленными глазами я черкнула на листе бумаги рядом со своей фамилией.
– Спасибо, мисс Уилсон. Доброй ночи.
Парень быстро скрылся в коридоре, оставляя меня с тяжелым букетом в руках.
«Желаю, чтобы ты была самой счастливой».
Без подписи, которая абсолютно не требовалась. Я знала наизусть каждый изгиб его безупречного почерка. Даже без карточки я сразу поняла, что подарок от Нэйта. В этом букете был весь он. Шикарный, восхитительный, несравненный, на фоне которого блекнут все остальные цветы. Мои руки затряслись.
– Давай помогу.
Я дернулась от звука голоса Ричарда, который все это время наблюдал за мной, подпирая плечом дверной проем спальни. Он подошел ко мне и с моего позволения забрал букет.
– От кого такая неописуемая красота? – он старался сохранять тембр голоса ровным, но я чувствовала раздраженность, до этого неприсущую Ричарду.
– Я не знаю, – соврала я. – Карточка не подписана, – я стыдливо опустила глаза в пол, чтобы он не распознал в них ложь.
– Странно.