Почти, – путалась в показаниях я. – А что?
– Сегодня документы прислали на подпись от «ТСТ-Медиа». IT-консалтинг. Увидел знакомую фамилию и о тебе вспомнил.
– Вы что, теперь партнеры?
Что мир так тесен, а?
– Я просто одобрил договор. Думаю, он тоже.
– Пап, – подбежал Лера. Они с Ваней облюбовали пустой угол в кофейне и шептались о чем-то, – а мы когда пойдем на аттракционы?
– На выходных.
– Здорово, – она в припрыжку побежала к брату и полушепотом. – Скажи маме, что на выходных…
Ник разом напрягся весь, глаза словно льдом заволокло, поза опасно возбужденная.
– Извини, Наташа, – и поднялся. Я не прислушивалась, но донеслось тихое: вы общаетесь с мамой?
Я допила кофе и решила, что пора домой. Разговор у нас больше не клеился: каждый о своем думал. Мы попрощались у моего дома и разошлись. Было уже полдевятого: Еву купать пора. Рома, надеюсь, покормил ее.
– Кто это? – он встретил меня в коридоре. Руки на груди скрестил, взгляд тяжелый, ревнивый.
– Ты пришел к ребенку. Вот и следи за дочерью, – разделась и пошла на кухню.
– Папа сьель, – честно призналась Ева, виновато улыбаясь. – Он осень кусать хосел. Я его колмила!
Мы обменялись с Ромой взглядами. Меня не разжалобило его голодание, даже на пустые макароны и мини фрикадельки бросался. Он никак не отреагировал, продолжал гневно сверкать очами грозно-серыми.
– Мужик, дети – это вообще как? – грубо спросил, когда Ева пропала из поля зрения.
– Не смотри на меня так, – пресекла претензии. – Если намерен права качать и отчет требовать, лучше не приходи вообще.
– Ты требуешь от меня нормально это воспринимать?! – вспылил он. – Серьезно?!
– Уходи, – я тоже была непримирима.
Рома развернулся и вышел. В ванную Еву понес. Я просидела в ноутбуке больше часа, прежде чем вернулся.
Встал в дверях. Рубашку он снял сразу, сейчас еще и нижнюю майку. Темная поросль волос очень провокационно убегала под синие брюки, вены на руках вздулись от напряжения. Я сглотнула, заметив в паху крупную шишку, а во взгляде густое туманное марево. Я прекрасно чувствовала настроение почти бывшего мужа. Знала, о чем думал и чего хотел. Почти семь лет замужем.
– Не смей, понял?
Рома не слышал. Вырез майки сканировал.