Дар золотому дракону

Только несколько дней подождать нужно.

— Мы подождём, — улыбнулась Нивена и, взяв сестру, то есть, я думаю, что сестру, за руку, направилась в «кухню». — Пойдём, Аэтель, я покажу, где у нас сковородки.

Кроме сковородок мне показали ещё много интересного. Например, вместо печи была «плита» — так назвала Нивена удивительный короб из камня. Вверху были отверстия, а внутри был огонь. Нивена зажгла его, просто дунув внутрь через дыру в передней части. А ведь там даже дров не было, я видела. И дым от этого огня не шёл, поэтому «плита» была без трубы.

Но больше всего меня поразила вода. Вдоль стены пещеры, прямо по столу, плите и другим шкафам, в неглубоком желобке бежал ручеёк. А от него отходили маленькие желобки, перекрытые поперечными пробками, похожие на маленькие плотины.

Нивена показала мне, что если поднять одну из пробок, то вода побежит по одному из желобков, а потом польётся вниз — это если нужно налить воду в ведро или кружку, потому что зачерпнуть из неглубокого ручейка сложно, а так — и зачерпывать не нужно.

Другой желобок наливал воду в странной формы таз, вделанный прямо в стол, который Нивена назвала «раковина», и эту воду можно было согреть, так же разведя под этой «раковиной» огонь без дров. На мой вопрос, как у неё это получается, девочка лишь пожала плечами и сказала:

— Магия огня. Мы все это можем.

Я завистливо вздохнула, вспоминая, как мучилась порой с огнивом, если угли в загнётке затухали, как приходилось приносить домой дрова из поленницы и воду из колодца таскать, потому что мелких к колодцу не пошлёшь — утопнут, как дочка вдовы Милберги.

А здесь вода уже в доме, и огонь сам загорается, и ни дыма от него, ни копоти. И вода из раковины сама куда-то уходит, если пробку вытащить — не надо помои выносить. Знаете, а моя доля жертвы мне начинает нравиться. Да на такой кухне готовить — одно удовольствие.

Я быстро приготовила яичницу с окороком — и Нивена потушила огонь, просто махнув рукой, — а потом мы все, не менее быстро, с ней разделались. Мне не так уж часто доводилось есть окорок, в последний раз — на свадьбе Идгит, да и то успела ухватить два маленьких кусочка, пока братья саранчой не налетели.

А здесь мне досталось сразу столько, сколько я за всю жизнь, наверное, не съела. Детишки тоже уплетали за обе щеки, сказали, что за последние две недели очень соскучились по яичнице. Похоже, раньше они себе в подобной еде не отказывали, так что же случилось две недели назад, что они остались и без мяса, и без яиц? И, похоже, без взрослых.