Сумрачно ищу часы на комоде. И нацепив на запястье фитнес-браслет, с удивлением смотрю на время.
Семь часов, пятнадцать минут.
Какого хрена называется!
Наблюдаю, как, накинув халат, жена выскальзывает из кабинета. Проходит через гостиную и скрывается в спальне. Я бы сейчас многое отдал, чтобы быть рядом с ней. Над ней и в ней тоже.
И если Жека приперся с какими-то пустяками, башку сверну на хрен!
Приоткрыв дверь, рычу раздраженно.
— Заходи уже. Что там у нас случилось?
— Инна просила тебя разбудить. Говорит, нотариус в девять утра приедет.
Ах да… Сокрушаясь, чешу свою безмозглую репу.
Двадцатое июля. Сегодня ровно полгода. А я, дурак, совершенно отсчет времени потерял! Немудрено с такой женой.
— Отправь кого-нибудь за цветами, — командую я. — И прикажи прислуге подготовить мне черные джинсы и майку. Костюм не хочу. Никакого официоза.
— А поминки? Алекс спрашивает, какие будут распоряжения.
— Это к Инне, — морщусь я. Не хватало еще мне кухней разруливать.
Кисло смотрю на часы. До приезда нотариуса времени хватит только на тренировку и завтрак.
Мы же вчера были у этого старого хрена, почему он сразу не предупредил? Странный тип. Неорганизованный!
«Еще другое завещание всплывет», — усмехаюсь, включая тренажер и огромную плазму, висящую напротив. Нахожу канал РБК. И бегу по дорожке. Раздумываю о смысле жизни. Не замути отец интрижку с Кристой и не отпиши ей часть наследства, мы бы никогда не встретились…
Даже подумать страшно! Ловлю себя на мысли, что впервые за несколько лет у меня утром хорошее настроение.
Для Кристины я весь открыт. И мой кошелек тоже.
Мельком гляжу на экран и мигом отвлекаюсь от пафосных мыслей влюбленного баклана. Камера наезжает на лицо крупным планом. Затем отъезжает чуть в сторону. Солидный бизнесмен в черном костюме о чем-то вещает на каком-то форуме…
О чем там речь, мать вашу?
Японский предприниматель Ито Каору прибывает в Россию с визитом.
Ну да. Ну да, — морщусь от нахлынувших воспоминаний.
Это ж та самая крыса, на которую работал Ромка! Останавливаюсь на бегущей дорожке. За малым не падаю. Но вовремя успеваю нажать на красную кнопку.
Как завороженный, замираю на месте. Вглядываясь в худое лицо, пытаюсь запомнить каждую черту. Тонкая старческая кожа натянута как пергамент на высоких скулах.