Поскорее бы это произошло. Можно было бы найти способ и попробовать сбежать, где-нибудь скрыться, но боюсь навлечь этим на себя и отца еще больше проблем. Меня ведь, в общем-то, оставили в покое, не трогают, поэтому нет надобности лезть на рожон раньше времени.
Да и устала я. Безумно устала сопротивляться трудностям, которые свалились в последнее время. Остается смириться и пустить все на самотек. Погрузиться в работу и выучить уже наконец уроки, которые преподала жизнь.
Мужчинам нельзя верить. В принципе никому, кроме себя самой, доверять нельзя.
Утром через силу открываю глаза. За окном опять льет дождь. Небо будто прорвало. Я поднимаюсь и иду в душ, чтобы потом со свежей головой засесть за дела, но на пороге спальни появляется Дан.
– Встала? – Он прислоняется к дверному косяку. – Сворачивай работу и пакуй вещи. Вечером у нас самолет.
– В смысле?
– В прямом.
– И куда мы летим? Надеюсь, в Россию?
– Потом, может, и туда, а пока другие планы.
– Я хочу объяснений.
– Позже. – Ярошевич смотрит на часы. – Некогда. Меня ждут в другом месте. Часа через два вернусь. Чтобы была готова.
– Ну хорошо, – равнодушно пожимаю плечами, хотя спокойствия внутри ни на грош.
Ничего не понимаю. То шагу не дают ступить с виллы и острова, то теперь внезапный отъезд.
Дан уходит, а я, позабыв про душ и вообще про все на свете, сажусь за ноутбук. Открываю новости и ищу хоть какие-то упоминания об отце.
Тишина. Никаких громких разоблачений и прочего нет. Это обнадеживает.
Но ненадолго.
Информация о задержании и ранении Александра Гроу появляется в одном из новостных каналов аккурат в тот момент, когда мы с Даном проходим паспортный контроль перед вылетом в Израиль.
2 глава
Нависшая надо мной тень заставляет поднять голову.
– Выпей. – Дан протягивает бокал с виски.
Тяжесть последних дней не отпускает, а теперь еще и новость об отце… Мы нередко склонны перенимать привычки, присущие нашему окружению, и вот, похоже, я набралась от Ярошевича.
– Давай-давай, – настаивает Дан. – Полегче станет.
Взяв бокал, делаю несколько глотков. Алкоголь немного расслабляет, и голова перестает болеть. Вот только напряжение и страх никуда не уходят.
В каждом из нас сильно желание приспособиться к жизни, даже в порой, казалось бы, невыносимых условиях. Рано или поздно любые убеждения меняются, а психика адаптируется.
Со мной, видимо, что-то не так.