– Да были там ребята рядом, услышали стрельбу, подбежали, а она уже все. Он на них вроде – ну они его и убили.
Все это она рассказывала негромкой скороговоркой, постоянно оглядываясь, словно предмет разговора был запретным.
– А что за ребята? – Я также интимно понизил голос.
– Да у Матвея Червонцева работают, в охране. Они и Валю знали, и Николая… да тут все всех знают. Вчера и схоронили.
– А кто конкретно – помните?
– Бронислав был, знаете такого? И еще один парень, молодой такой, с бородкой светлой… как же его зовут-то… Семак, Сашка Семак, точно.
– А адресок помните? – решил уточнить я, вытаскивая свой уже незаменимый блокнот.
Помнила. Сначала свой адрес вслух сказала, потом к номеру дома четыре прибавила, получив требуемый адрес. Ничего, сработало удостоверение – как на допросе все выкладывает. И даже сказала, что этот самый Сашка Семак живет в доме с еще одним парнем, вроде как пополам квартплату делят.
– А кто-то еще видел, как Николай жену… того? – наклонился к стойке уже Федька.
– А что там видеть? – удивилась вопросу собеседница. – У него глаза как уголь были, это все видели. Там и соседи прибежали, и милиция приехала… а у вас к ней что за дело?
– Да теперь-то что, – отмахнулся я. – Уже никакого. Кстати, а где Червонцева найти можно, не подскажете?
– «Зорьку» знаете? Трактир? – спросила она.
– Возле базара?
– Он самый. Вот напротив него, прямо дверь в дверь, домишко красный кирпичный в один этаж.
– Гостиница эта тоже ведь его, так? – уточнил я на всякий случай.
– Его, верно, он владелец.
Повернувшись, я пошел к выходу. Федька чуть придержал меня за рукав:
– Пожрать же собирались!
Ничего не ответив, я вытащил его за дверь и уже там сказал:
– В «Зорьке» пожрем чего-нибудь, и оттуда посмотрим, если получится.
– Тут кормят вкусней, – вздохнул Федька, но настаивать не стал.
– Кормят, кормят… Ты вообще хоть чуть-чуть веришь в историю с призраком?
Федька задумался, затем ответил:
– Как сделали – не понимаю, но в то, что там без Пашиного участия обошлось, – уже не верю ни хрена.
– Как-то сделали. В общем, ты руку к пистолю держи поближе на всякий случай. Тем более что, насколько я понял, ментовка здесь сплошь своя, а городом, считай, Червонец правит.
– Примерно так и выходит, – кивнул Федька.
Снег скрипел под сапогами, усиливающийся мороз начал покусывать щеки. Все, зима самая настоящая.