– К такому я всегда готов, как юный пионер, – решительно ответил тот.
– Ну и прекрасно, грузимся.
Кабина в додже трехместная, так что втиснулись легко. По пути на заправку завернули: стрелка уровня топлива болталась у красной черты. Додж по сравнению с «кюбелем» жрет куда интенсивней – нет в мире абсолютного совершенства. Но все равно больше нравится. Потом уже направились к КПП.
– Федь, самим покупать туда ничего не надо? – уточнил я на всякий случай, когда ехали мимо магазинов на Советской.
– Не, у Мишани все есть.
– А куда едем-то? – заинтересовался Кирилл.
– На природу, с баней и этуалями, – объяснил ему Федька, после чего строго спросил: – Возражения будут?
– Возражения? Да ты че! – захохотал тот.
Нормально, клиент поплыл, похоже. Договоримся. Я сунул руку в нагрудный карман дубленки, достал оттуда заранее отложенную пачку чеков, протянул Кириллу:
– Держи.
– Ну, – кивнул Кирилл и деньги взял легко, как рыба наживку.
* * *Насчет исключительного качества «бани у Мишани» Федька не обманул. Парилка была просторной и просто великолепной, с мостков можно было на выбор сигануть как в сугроб, так и в прорубь, а предбанник был с хорошую гостиную – с длинным столом, с широкими лавками, на стенах шкуры – весь требуемый антураж.
Стол тоже был хоть куда – полный набор со специализацией «под водочку». Тут и грибки соленые с маринованными, и огурчики с помидорчиками, и всякие копчености. От горячего мы отказались: тут одними закусками брюхо набьешь под пробку, так что смысла нет.
Федька с Кириллом пили водку, причем, на мой взгляд, излишне налегая, а я же официально придерживался «клюковки», при этом беззастенчиво подменяя ее время от времени клюквенным морсом.
Кирилл мои надежды оправдывал на все сто. После того как расселись в предбаннике и приняли «по чуть-чуть», ему резко захорошело. Он стал говорлив, навязчив, развязен, шумен. Через час примерно после того как мы засели за стол, не забывая париться, привезли «этуалей».