Не только из-за тяжести мёртвых монстров, но и потому, что большая часть кожи на моём теле просто сгорела. Руки не двигались, ноги тоже онемели, спина пылала нестерпимой болью.
Кое-как вытащил зелье из пространственного кольца. Пальцы не сгибались, пришлось действовать зубами: подцепил пробку клыками и выдернул.
Лечилка. Губы потрескались и кровоточили, но я жадно проглатывал каждую каплю. Приятное тепло медленно разливалось по телу, борясь со жгучей болью ожогов.
Эффект был слабым. Зелье помогало, но явно недостаточно для такой степени повреждений.
Через новое зрение я детально осмотрел собственное тело. Картина была удручающей. Почти шестьдесят процентов кожного покрова повреждено, ожоги второй и третьей степени покрывали руки, ноги, спину.
Сука… Это было очень и очень близко к смерти. Ещё немного, и я присоединился бы к погибшим охотникам.
Попытался пошевелиться и понял: заперт намертво. Земля вокруг, а точнее, глина в почве, запеклась от нечеловеческого жара. Высокая температура превратила обычный грунт в керамику, которая застыла, приняв форму моего тела. Получился идеальный саркофаг. Только у лица оставалось небольшое пространство для дыхания — там, где монстры создали воздушный карман своими телами.
"Керамическая тюрьма держала крепче любых оков. Я мог шевелить только головой, и то с большим трудом. Всё остальное тело было намертво зажато в затвердевшей глине.
В небе ещё мелькала яркая точка. Маг шестнадцатого ранга парил там, словно любуясь результатами своей работы, или решал, стоит ли добить выживших.
— Я найду тебя, — прохрипел сквозь потрескавшиеся губы. — Найду и убью. Медленно и мучительно.
В голосе не было пустых угроз. Только холодная, расчётливая ненависть.
Я видел, как его источник пульсирует ровным светом, — никаких признаков истощения. Для него эта атака была простой разминкой.
Ещё лечилка, восстановление магии и выносливость. К алхимическому коктейлю я добавил обезболивающее. Вроде стало получше… Теперь хотя бы могу думать связно, а не просто корчиться в агонии. Мозг перестал отключаться от болевого шока, но тело всё равно не двигалось.