Налево — к монголам, направо — к кровяшам.
— К нам могут прибыть несколько сотен человек, — предупредил я. — В основном военные. Это те, с кем я служил, кого позвал в род.
Жора внимательно слушал, запоминая каждое слово.
— Проверить их на магию крови, подчинения, клятвы с них взять. Если проходят — половину селим у нас, укрепим род. Другую половину — снимаем квартиры в Енисейске, туда их с семьями.
— Семьи всех в Енисейск? — уточнил слуга.
— Да, желательно в один район. Безопаснее будет.
Мы остановились у двери в камеру с кровяшами.
— И главное, — понизил голос. — Ты, Медведь и ещё несколько сотен человек повезёте меня в Енисейск на поезд провожать.
Уголки губ слуги дёрнулись в подобии улыбки.
— Но на самом деле? — уточнил Жора.
— Выделите по три человека на одного кровяша, — продолжил. — Они сопроводят их в столицу. Там снять жильё и связаться со мной. Остановлюсь в лучшей гостинице. Разные места пусть выберут и не живут рядом. Если вдруг пострадает одна группа, вторая и другие останутся живы.
— За вами будут следить? — спросил Жора.
— Уже следят, — кивнул в ответ. — Мы создадим процессию, отвлечём внимание. Они думают, что я потащу кого-то с собой. А группы поедут на следующий день.
— Понял схему, — одобрительно кивнул слуга.
— Денег дайте нормально. Зелья какие-нибудь усыпляющие пусть Ольга и Лампа придумают, чтобы кровяши овощами были.
Жора тут же умчался исполнять приказы и передавать их дальше. Я остался один перед дверью.
— Кто-то из вас знает монгольский? — спросил у них.
— Чуть-чуть, — поднял руку мужик лет сорока, с седой бородой. — Воевал когда-то и кое-что запомнил.
— Отлично. Идём.
Зашли в камеру. Трое монголов сидели на нарах, закованные в цепи. При виде меня они выпрямились, демонстрируя воинскую гордость. В их глазах читалось презрение к пленившему их врагу. Гордый народ, ничего не скажешь.
Достал иголки правды, немного их у меня осталось. Яд на остриях слабо светился зеленоватым.
— Что вы делали с кровяшами? — задал первый вопрос через переводчика.
Мужик перевёл. Монголы переглянулись, но молчали. Я воткнул каждому по три иголки в руку. Подождал минуту, пока яд подействует.
— Он говорит, — мужик свёл брови, выслушав ответ пленного, — что им приказали помочь этим… собакам.
Интересный эвфемизм.