И вода, и крыша над головой, разве что уже появившиеся комары жизни не давали. Но здесь их везде полно, прорва настоящая.
– А что с «Шешнашкой», кстати? – спросил я его, возвращаясь к цели своего путешествия.
– Когда мы оттуда убежали, то слышали стрельбу с той стороны. Но не думаю, что его легко взять, там оборона серьезная, сами знаете, что там делалось. Кто и с кем воевал – понятно, но с каким успехом… не знаю, даже не спрашивайте.
Десятки тысяч уголовников, как говорит бывший главврач. Часть из них, небольшая, случайные люди, не о них речь.
"Но там уже все не так просто для них, и город начнут обходить, пытаясь прорваться в сельскую местность за ним.
– Блок бандитский на карте отметить сможете?
– Смогу, разумеется, – кивнул Варламов.
– Сколько их там?
– Человек десять – двенадцать, – Варламов задумался, затем продолжил: – Это бывший магазинчик с шашлычной у трассы, они пару вагончиков возле дороги поставили и бетонных блоков набросали друг на друга.
– Какая машина?
– Я не разбираюсь в них. Высокая, с маленькой башней, четырехколесная.
Я быстро набросал в блокноте силуэт «бардака», показал Михаилу:
– Похоже?
– Да, очень похожа.
Понятно, значит, у них еще и КПВТ с ПКТ в обороне блока имеются. А доктору минус – чему его на военной кафедре учили?
– А с дисциплиной у них как? – спросил я.
– Мне сложно судить, но пьяных я там не видел, кажется. Хотя наблюдал долго.
Нуда, для сугубо гражданского человека если бойцы пьяными в грязи не валяются, то дисциплина на уровне. Хотя наблюдение за подступами там явно не на высоте, раз гражданский их разведать сумел. А вот такой у нас еще вопросик:
– Они про этот лагерь знают, как думаете?
– Не должны, – покачал он головой. – Он ведомственный был раньше, даже дорога к нему только одна, с севера.