Почему так? Тут могла сыграть свою роль привычка людей интеллигентных считать себя умнее всех вокруг, особенно тупых ментов и безопасников. Шалость, в общем. А в связи с тем что у таких интеллигентных людей нет навыков в постоянном укрывании всего тайного, он случайно скопировал заботливо сохраненный файл Главному. Он же целыми папками копировал, ну и прятал, видимо, в одной из них.
Дальше последовал следующий шаг в размышлениях. Если до этого камеры отключались каждый день, а после этого уже нет, а уже через сутки произошел взрыв, то появляется какая-то неприятная цепочка во всем этом.
И как попробовать разобраться в этом всем, не привлекая внимания? Рано ведь еще привлекать. И тогда он вызвал своего заместителя Усимова, бывшего муровского опера, которому всегда поручал дела самые деликатные, где надо исключительно в бархатных перчатках работать.
Пасечник набрал номер по памяти, дождался ответа, сказал:
– Ваня? Пасечник. Зайди ко мне, пожалуйста.
Черная, почти эсэсовская, форма не соответствовала внешности Усимова, круглолицего, невысокого, смешливого, располагающего всех к себе.
– Вызывали, Александр Васильевич?
– Да, вызывал, присаживайся. – Он показал на кресло перед столом. – Тут дельце деликатное появилось, надо бы… гм… «цепочки прозвонить».
– Утечка? – сразу деловито уточнил Усимов.
– Нет, что-то непонятное. Я даю тебе материал, вот этот… – Пасечник протянул оперу диск, добавив при этом: – Смотри его так, чтобы в сеть не подключаться, понял?
– Даже так? – удивился тот.
– Даже так. Увидишь – сам поймешь почему. Главная просьба – собери максимум информации по тем, кто в кадре. Все, что у нас есть, по всем базам. С кем дружил, кому родня, какие слабости, о чем болтал. Все у нас есть, но надо это аккуратно поднять. Аккуратно, понял? Может быть, за этим и нет ничего, и тогда есть риск угодить в дерьмо. Понял?
– Понял, Александр Васильевич, – серьезно ответил собеседник.