– Ну раз сами людям скажете, то тогда мы париться пошли, – обрадованно объявил я.
– Идите, конечно, легкого вам пара.
Мы зашли в предбанник, начали раздеваться. Пахло распаренным веником, горячим деревом – банный дух.
– Чего задумался? – спросил Леха.
– О двух вещах. Первая – мы чуть не накосячили, это ты заметил?
– Заметил, – сказал он. – Могло хреново закончиться.
Подхватив бадейку с распаренными вениками, я подошел к двери в парную.
– А раз заметил и меня не предупредил, то мы с Танькой в парилку первые, – объявил я.
Александр Бурко"
"9 мая, понедельник, вечер
Сегодня с утра навалилась всякая текучка, то одна мелкая проблемка, то другая, даже пообедать не успел. К тому же Салеев сообщил, что возник некий, пока небольшой, конфликт с «союзными» военными, стоявшими в оцеплении вокруг города. Конфликт не принципиальный, скорее даже технический, но из таких, которые вырастают в большие проблемы, если сразу не разрешить. И разговаривать с кем-нибудь, кроме «Первого лица», оппоненты отказывались.
К счастью, разобрались, а заодно и на будущее прикинули, что делать, чтобы в такие глупые ситуации не попадать. Едва закончил этот разговор, как на связь вышел Пасечник. Сообщил, что отряд Еременко, находившийся в командировке в Кировской области, не смог связаться с зоной в области Владимирской.
Можно было бы на это плюнуть, все равно особых успехов от них не ждали, рассчитывая больше на своих людей на подступах к Горькому-16, а заодно засаду на подмосковном Базаре, но Бурко занервничал. Сам не мог понять почему, словно предчувствие какое-то томило, вроде как полузабытая зубная боль оживилась. В конце концов он не выдержал, вызвал Салеева.
– Марат, «Аннушку» бы к полету подготовить, – сказал он ему. – Надо крутануться над Владимирской областью.