— Что ж это такое-то вообще, — сокрушался отец.
— Это надо бы у русаков спросить, у них там кто живой остался.
— Ой, да что ты завел про русских? Они тут при чем? Они первые и полегли, между прочим.
— При том, что от них всегда какое-то дерьмо прет, и всегда нам достается, — гневно выпалил рассвирепевший Томаш, сжав кулаки. — Не помнишь что ли, что твоя бабушка рассказывала? Что солдаты сделали в лесу с ее сестрой? Впятером?
— Ты идиот, Томаш, — процедил отец. — Какие это были времена? А какие сейчас? Мне доводилось работать с русскими, и, поверь, они ничуть не хуже тех же французов или арабов.
— Только ни французы, ни арабы на нас войной не ходили…
— На этом закончим треп, пора бы делом заниматься. Иди лучше одеваться. И перчатки не забудь.
— Зачем перчатки-то?
— Чтобы ненароком не хватить заразы — если порежешься или поцарапаешься, и в ранку капнет зараженная кровь, что будет?
— А, да, точно, — сообразил Томаш, все еще не до конца утихомирившийся — в груди еле клокотал гнев. — Кстати, можешь на балконе посмотреть, пани Божена оставила нам сувенир на стекле, он до сих пор весь зеленый.
— Божена? Соседка сверху? — брови Гжегожа удивленно поползли вверх. — А что с ней?
— Ее муженек с балкона сбросил, а сам исчез, так что нет у нас больше соседей, — пожал плечами Томаш. — Она так и валяется под окнами на асфальте, только не советую на это смотреть. Я позавчера глянул мельком, так чуть наизнанку не вывернуло.
— Мда, — отец почесал русую шевелюру, изрядно отросшую во время плавания. — Ну, что теперь сделаешь. В общем, дуй одеваться, через десять минут выходим."
"На сей раз Гжегож не пренебрег советом Томаша и повязал на лицо шарф, тщательно опрысканный туалетной водой жены. Вонь из подъезда начала помаленьку просачиваться и в квартиру, пришлось приоткрыть окна на противоположной от балкона, благо день выдался теплый.
Во дворе запах вообще стоял невыносимый — кроме трупа Божены во дворе покоилось еще несколько тел, к которым то и дело подходили собаки и подлетали вороны. Животных ситуация совершенно не смущала, наоборот, они будто даже воспрянули духом.