Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Рядом валялся изрядно поеденный зверьем и вороньем труп хозяина, по виду которого уже и не определишь, кто это был — одежда изодрана в клочья, вывалившиеся темные внутренности облеплены мошками.

Если бы Виктор недавно поел, он бы точно выплеснул весь ужин на дорогу. Но вместо этого он лишь перетерпел несколько пустых болезненных спазмов, а потом сплюнул и, стараясь не поворачивать голову в сторону мертвеца, сделал свое дело.

Вонь от тела стояла ужасная. Виктор загодя набрал полные легкие воздуха, но даже когда он вернулся к своему рено и захлопнул дверь, смрад достал его.

Виктору казалось, что этот запах пристал к одежде и теперь от него так просто не отделаешься. Он брезгливо отряхнулся, прекрасно осознавая всю глупость своей паранойи, опустил стекло до упора и дал газу, испытывая облегчение в виде бьющего в лицо ветра."

"Повсюду виднелись ухоженные частные домики с ровными и гладкими газонами, их ряды лишь изредка прерывались каменными муниципальными постройками. Все здесь дышало благополучием, даже после катастрофы, и единственным отличием от приличного района в США было отсутствие государственных флагов — видимо, показных и зомбированных патриотов во Франции было поменьше.

Виктору подумалось, что неплохо бы забрать родителей и отвезти их в подобное место, удаленное от больших городов. Конечно, будут сложности с электричеством и газом, но где их не будет? Так сходу цивилизацию не восстановишь… Зато хоть поживут в спокойном, теплом и красивом месте.

Единственная проблема возникла возле книжной лавки, где Виктор нашел сразу три хороших европейских атласа.

Вообще-то хватило бы и одного, но его запасливая натура не могла устоять перед возможностью получить сразу несколько путеводителей, не заплатив за это все ни цента. Уж что-что, а черные пятницы Виктор обожал. Наверное, это наследственное, от бабушки-еврейки.

Пистолет Виктор оставил в машине, о чем немедля пожалел, едва выйдя на улицу. Он даже не понял, что это вообще было — откуда ни возьмись прямо на него выскочило что-то большое и темное, сбило с ног и клацнуло зубами в сантиметре от горла.

Виктор сообразил, что сейчас его будут убивать, вот только за что?

Он скатился вниз по ступенькам, пару раз чувствительно приложился головой и, наконец, оказался на тротуаре. Встать не позволили — новый упругий удар прижал его к неровной брусчатке, и спина отозвалась болью. Перед глазами показалась клыкастая морда. Виктор зажмурился и приготовился умирать.