— Да как ты смеешь-то? Не мы ли с твоим дедом на турок в Валахии охотились? А с отцом твоим, этих же османов на Кавказе трепали? А ты теперь что? Клевету возводишь? Кровь свою да память предков позоришь⁈
Молодой князь отвёл взгляд от царевны и посмотрел на кавалергарда. Глядел открыто и зло. Как смертный, который уверен в своих словах и жаждет праведной мести. Да и оттенки разума показывали то же самое.
— А ты, Твоё Сиятельство? Всю правду ты сказал, сейчас — и дед, и отец мои, участвовали в походах тех.
Напор его голоса был настолько яростным и мощным, что Ратибор на момент смешался. Покосился на Дарью, которая ошеломлённо разглядывала Урусова и покачал головой.
— Не верю я, что Её Светлость могла жизнь ребёнка забрать. Не по ней это. Лгут тебе, Никита.
Урусов горько расхохотался и бросил презрительный взгляд на деву из императорского рода.
— Кто лжёт? Мои собственные глаза? Моя сила? Мой Дар? Кто мне лжёт, Твоё Сиятельство⁈ Всё я сам видел. И предотвратить пытался. Но не смог, не успел, не добежал. А сейчас мести требую. Расплаты за содеянное.
Теперь картина прояснилась. Во-первых, стало понятно, почему над Кремлём были стяги не только союзников Долгоруких и триумвирата Дивеевых, Гагариных, Засекиных, но и знамёна доброго десятка независимых сильных родов. А во-вторых, я осознал, каким был план ответных действий со стороны условного Локи. И прежде чем Дарья, чьи губы подрагивали от ярости, успела что-то ответить, сделал шаг вперёд.
— Сочувствую вашему горю, князь.
"Смертный перевёл на меня взгляд и вполне отчётливо скрипнул зубами.
— Что ты несёшь? Решил, что раз нагибаешь в постели Рюриковну, то стал бессмертным? Жаждешь с ней сдохнуть, Афеев?
Вот на этом моменте, Дарья всё же не сдержалась.