Хозяин кабинета вынул из шкафчика бутылку, пару рюмок и блюдце с увядшими ломтиками лимона. Налил коньячок, пригласил садится. Всем своим видом Антипыч демонстрировал скромность и радушие. Интересно, для чего я ему понадобился?.. Я пригубил коньячок.
— Ну, слушаю, — напомнил я товарищу Серушкину, что пришел сюда не только коньячок глушить.
— Хочу поблагодарить за то, что привезли посылку от моего московского приятеля, — заговорил он. — Сумка была очень тяжелой, и Марии нелегко было бы ее носить.
— Зачем же поручать невесте таскать такую тяжесть? — спросил я.
— Ну-у, невеста — это сильно сказано, — осклабился Андрей. — Мы, скорее, нежные друзья…
— Ты учти, нежный друг, — проговорил я, — что в нашем роду за честь девушки принято блюдить. И если что, головой ответишь.
— При чем тут ваш род⁈
— Ну как же! Маша моя троюродная сестра. Она дочь племянника моей сводной бабушки…
— Чепуха какая-то, — пробормотал Антипыч, — но впрочем, ладно… Уверяю вас, что я веду себя с ней, как джентльмен…
— Ладно! — отмахнулся я.
— Скажите честно, вы открывали сумку?
— Конечно! — ответил я. — Мне же пришлось ее брать в самолет.
— Ну так, значит, вам известно ее содержимое…
— Фирменные лейблы.
— И вы догадываетесь, для чего они нужны?..
— У меня самого в школе такие штаны были, — сказал я, — шиты нашими умельцами, а лейбл — от «Монтаны».
— Ну вот и превосходно! — обрадовался жених Машуни. — Значит, вам ничего объяснять не надо.
— И все-таки — потрудитесь!
— Ну нам нужно будет время от времени привозить такие сумочки из Москвы.
— Сколько же вы отвалите от щедрот?
— Две штуки за командировку."
"— Не хило, — присвистнул я. — А если меня повяжут? Сколько за каждый год на киче я буду иметь?
— Ну-у, зачем, так мрачно смотреть на вещи! — воскликнул он, подливая мне коньячку.
— Так — сколько?
— Это зависит от того, как ты будешь вести себя на суде, — перешел на «ты» Антипыч.
— Ладно, Антипыч, — пробормотал я. — Подумаю… Родственница-то моя в курсе твоих делишек, жених?
— Нет. Что ты! Она же — комсомольский херувимчик!
— Ну вот и не тяни ее в свои грязные делишки, а то обижусь…
— Наши! Наши грязные делишки!.. Грязные, но денежные!
— Это мы еще будем поглядеть… — Я поднялся. — Машуне привет, джентльмен…
И я двинулся к выходу.